Можно ли насытить рынок ИТ, обучая детей программированию

Программирование — это удочка, с помощью которой можно ловить жирную рыбу. Многие папаши-программисты это понимают, поэтому ещё до рождения своих первенцев начинают фантазировать о том, как доця в три годика напишет свой первый скриптик на JS. В конце концов, если это удалось 53-летнему Обаме, то что уж говорить о детях, которые впитывают знания, как губка Боб? Особенно если дома сидит отец-программист, а шкафы так и ломятся под старинными учебниками по С++, Unix и TCP/IP. 

Юрий Паламарчук попытался разобраться на DOU.ua, можно ли вырастить из ребёнка программиста.

Читать дальше

Фото: Thinkstock

Вырастить из ребёнка программиста

Насколько это реально? На этом вопросе спорщики разделяются на два лагеря: консерваторов и прогрессивных. Первые считают, что человек рождается с определёнными навыками и так и живёт с ними всю жизнь. Вторые уверены, что всему можно научиться.

Долгое время наука была на стороне консерваторов. Это огорчало тех, кому генетика сказала: «не в этой жизни, дружище!», и радовало тех, кто, обнаружив свой талант, думал: «какое счастье, что у меня талант к рисованию (вставить своё)! — то, чего нет у других». Хотя, конечно, консерваторам тоже приходится несладко: найти и развить свой талант — та ещё задача. Но последние 30 лет этой теме уделялось всё больше внимания, что вылилось в исследования, оформленные в бестселлеры вроде Talent is Overrated и Talent Code. Оказалось, что не генетикой единой: можно очень радикально прокачать мозг и тело в любом направлении, если грамотно к этому подойти и создать нужные условия. Так что, кто знает, может, мою кошку удастся таки научить парсить XML (те самые, скребущие движения лапой у лотка).

Когнитивное развитие детей

Дети мыслят символами и образами — иначе бы они не играли в скучные (с точки зрения взрослых) игры с бездушными предметами, которые в их воображении обязательно оживают. Казалось бы — вот оно, абстрактное мышление! Но абстрактное мышление требует большего — способности использовать концепции, оперировать сложными отвлеченными понятиями и умозаключениями, способности понимать обобщения, уметь абстрагироваться и строить связи между явлениями и понятиями.

Так что одни лишь символы и образы никак не потянут на абстрактное мышление, без которого в программировании — никуда. Для начала нужно разжиться хотя бы логикой.

Согласно теории Пиаже, ребенок до 4-7 лет всё еще не может в полной мере использовать логику. Например, ему сложно одновременно держать в голове две концепции об одной ситуации. Если четырёхлетней девочке показать картинку с восьмью собаками и тремя кошками (она способна определить на ней котов и собак), а затем спросить — «Здесь больше собак или зверей?», то она с большой долей вероятности ответит «собак больше». Это происходит по причине того, что ребенку тяжело сфокусироваться одновременно на двух подклассах и классе в одно и то же время.

Так что логика начнет давать копоти только начиная лет с семи. До этого времени остается довольствоваться разве что символами и образами.

В период 7-11 лет ребенок начинает должным образом использовать логический аппарат. Но об абстрактном мышлении в это время говорить ещё рано: оно вовсю начинает развиваться только в 11-12 лет, позволяя ребенку делать обобщения, выдвигать гипотезы и предположения. В этом возрасте мышление сорванца позволяет ему, наконец, в полной мере оторваться от конкретных объектов.

То есть оптимальный возраст для начала обучения программированию сферического ребенка в вакууме — 7-8 лет. Эту гипотезу подтверждает намерение минобразования Великобритании ввести в школах программирование уже начиная с пятилетнего возраста. Не слишком ли рано? Никак нет. Вряд ли что-нибудь помешает учителям давать концепции программирования постепенно, от года к году наслаивая всё новые и новые понятия. В конце концов, почему бы не пройти «Hello, World!» ещё в детстве? Кроме того, в школах уже с первого класса начинают преподавать математику — весьма абстрактную науку. Если ребенок комфортно себя чувствует на уроках арифметики, то наверняка у него получится проводить те же вычисления на уроках информатики. Только не в тетради, а на экране.

Работает ли такой подход?

Как знать. Например, Максим Заславский, который благодаря отцу начал программировать в 7, уже к 13 годам почувствовал, что серьёзно продвинулся в программировании: начинал он с Visual Basic 6, затем познакомился с HTML, а в 9-10 лет уже штудировал C#. Сейчас он учится в Принстонском университете на факультете информатики, изучает ASP.NET и готовится выпустить пару сайтов: для универа и для местных музыкантов.

Сам Максим советует родителям в качестве pet-project для ребенка придумать что-нибудь более визуальное, где больше картинок, — чтобы заинтриговать. В этом плане поисковый движок проигрывает какой-нибудь красочной игрулине. История Максима — успешный пример программирования с детства, которое к чему-то привело.

С другой стороны, наличие отца-программиста и мамы-сисадмина не гарантирует светлое будущее в Кремниевой долине. Яблоко от яблони недалеко падает только в том случае, если яблоня растет на равнине, а не, скажем, на холме или скале. Дети бывают совсем не похожими на своих родителей как по характеру, так и по интересам. Конечно, семья влияет на ребенка и есть вероятность, что он прогнется в сторону предков, но может быть и наоборот: ребенок, насмотревшись на ежедневно торчащих у ноутбуков папу и маму, подумает: «ну нет, я лучше буду больше двигаться и общаться с людьми, пойду-ка в риелторы!».

Ребёнок может выбрать другую стезю как из протеста, вопреки роду деятельности родителей, так и просто потому что ему, например, больше понравится играть на скрипке, чем лопатить код. И вполне возможно, что на каждого ребенка, который получил компьютер и учебники и стал программистом, найдётся ребенок, у которого всё это было, но программистом он не стал. Да и вокруг немало примеров людей, которых с детства обучали фортепиано, а они его потом всю жизнь ненавидят.

Может, мы детей не так учим?

Если опираться на школы с их вечно зевающими преподавателями по информатике, блудными блок-схемами и чахнущими процессорами, то дела не будет. Становление ребенка как программиста в такой среде происходит не благодаря, но вопреки. Очевидно, что нужно повышать качество преподавания. Проблема лишь в том, что школы, как и любые государственные структуры, слишком инертны для быстрых и качественных преобразований.

Негоже ждать у моря погоды — поэтому родители, которые хотят вырастить программиста, выбирают путь домашнего образования: либо обучают самостоятельно, либо приглашают раз в недельку ментора. Такой подход не может не дать хоть каких-нибудь плодов. Исходя из тех же принципов «10 тысяч часов», «deliberate practice» и «practice makes perfect», которые сквозят из множества книг и исследований на тему способностей и таланта, ребенок будет обречен повысить свои навыки в программировании. Да и не только ребенок.

Кадровый голод на рынке ИТ

Чтобы понять, как решить вопросы нехватки специалистов, посмотрим, как СССР утолял свой кадровый голод в сфере науки.

Ведь, с одной стороны, с чем-чем, а с наукой в СССР всё было в шоколаде. Когда до правящей верхушки дошло, что в школах следует поднимать техническое образование, во многих вузах Союза начали создавать факультеты общетехнических дисциплин и труда, которые могли бы готовить квалифицированных преподавателей.

В 1956 году начался выпуск «Юного Техника». Ещё через десять лет стал выходить журнал по детскому техническому творчеству «Моделист-конструктор». Юный советыш не только получил возможность записаться в конструкторское бюро при школе, но и, начиная с 1968 года, мог принимать участие в регулярно проводимых всесоюзных соревнованиях ракетомоделистов-школьников. Настоящий конструкторский рай — только успевай собирать на свалках стройматериал для конструкторской деятельности.

Да и гуманитарные факультеты ломились от толп желающих и приблатненных, поэтому на технические специальности, где нужно думать, поступить было даже в каком-то смысле проще, чем на другие. Все карты в руки будущему учёному!

Но была ли она — великая наука?

Вот что по этому поводу в своей книге «За фасадом империи» говорил Александр Никонов:

«С одной стороны, все выглядело прекрасно. Число ученых в СССР неуклонно росло. Студенты стремились в науку, в аспирантуру были конкурсы. С другой стороны, я сам работал в науке, и мне байки лудить про передовую советскую науку не надо. Я не понаслышке знаю о десятках никому не нужных НИИ, готовивших никому не нужные проекты и отчеты. Знаю про хроническое отставание нашей науки от науки западной. Знаю, что падение уровня знаний у выпускников вузов, на которое сейчас многие сетуют, началось не вчера».

Про науку в СССР высказался и нобелевский лауреат по физике Виталий Гинзбург:

«Не надо идеализировать советскую науку! Действительно, она в некоторых областях, типа физики и математики, была на очень высоком уровне. Ну, это и понятно: от физики коммунистам нужна была бомба, поэтому и деньги были большие у физиков. Помню, когда американцы впервые взорвали атомную бомбу, у меня зарплата сразу же выросла раза в три. Но были в советской науке области совершенно провальные, ярчайший пример тому — биология, кибернетика».

Очевидно, что советский подход не сработал. Пытались взять количеством: выйди на советскую улицу, кинь камнем — попадешь в инженера. Пытались взять качеством — не удалось. Даже бросая все ресурсы на вооружение и науку, СССР было не догнать Запад. Хотя, казалось бы, в то время у детей, а затем — у студентов были все карты на руках.

Будет ли оно — «великое ИТ»?

Все эти инициативы родителей и государственные программы рано или поздно упираются в одну и ту же проблему — человеческий фактор. Одного хлебом не корми — дай покопаться в электронике, второго не трожь, оставь у холста, третьего соблазняй зарплатой программиста, а он, подлец, имея все козыри для перехода в ИТ, так и будет сидеть в НИИ, выращивая свои водоросли, потому что ему это интересно.

Сможет ли массовая популяризация программирования среди детей поднять уровень их развития и расширить кругозор? 100%. Вырастет ли из семени подсолнуха помидор, если его посадить в парник, давать ему учебники по помидороведению и ухаживать за ним, как за помидором? Может быть. Генная инженерия творит чудеса, да и человек отлично умеет адаптироваться и подстраиваться. Другой вопрос, будет ли ему это приносить удовольствие. Ведь где нет вознаграждения в виде удовольствия, там нет долгосрочного прогресса.

Так что попытаться ребенка если и не обучить, то хотя бы познакомить с программированием — благородное дело (скупая слеза ностальгии по «Энциклопедии профессора Фортрана»). Ну, а дальше всё будет зависеть от уровня демократии в семье и желаний самого ребенка.

Что же касается насыщения рынка ИТ, то толковых людей всегда было мало, поэтому перспективу утолить кадровый голод в ИТ следует рассматривать больше в плоскости увеличения количества кодеров, которые могли бы выполнять простые и рутинные задачи, чем в плоскости увеличения количества реальных программистов.