Несколько дней назад издание Pando Daily опубликовало прелюбопытнейшую статью о том, как в 2005 году руководители флагманов Кремниевой долины заключили картельный сговор о непереманивании сотрудников, который по итогу вылился в систему мер по ограничению роста зарплат разработчиков.
Инициаторами выступили такие ИТ-селебрити как Стив Джобс из Apple и Эрик Шмидт из Google. Собственно первым на тропу войны и нешуточных угроз вышел Джобс, так как именно Google грел рынок более остальных. Впоследствии под давлением вышеуказанных CEO к соглашению присоединилсь Intel, Adobe, Intuit и Pixar. Чаще всего договоренности нарушал поисковой гигант, за чем следовало гневное письмо от обиженного CEO и увольнение провинившегося рекрутера.
Чем это акунулось, в том числе и нам
История стала выходить на поверхность в 2010 году, когда Департамент Юстиции США запустил антимонопольное расследование, которое затронуло не одного ИТ-гиганта. Что особенно любопытно, это расследование стало поводом для коллективного иска, истцами по которому выступали 100 000 сотрудников ИТ-компаний. Департамент Юстиции посчитал, что они стали жертвами этого тайного соглашения во второй половине 2000-х. За этот срок компаниями у них было украдено 9 миллиардов долларов США. Еще один пункт обвинения — в результате этого сговора работники не имели доступа к правдивой информации о стоимости их труда на рынке. Так как компании не только обязались не трогать сотрудников друг друга, но и обмениваться сведениями о зарплатах своих работников, чтобы не дай бог, не переплатить. Это подтверждалось наличием и активным использованием компаниями-конкурентами специального программного обеспечения, которое позволяло сравнивать и поддерживать на одном уровне зарплату для сходных позиций и ролей. И, конечно, доказательная база была с избытком наполнена перепиской между руководителями компаний.
Google наряду с прочими компаниями также использовал особый алгоритм расчет заработной платы, который помогал держать компенсации в определенных границах. Как следствие, получить существенную прибавку было гораздо легче джунам и средней руки разработчикам, чем действительно «крутым перцам» — насколько выше головы выдающиеся разработчики не прыгали бы, насколько внушительным не был бы их вклад, прибавка к жалованию никогда не была пропорциональна их КПД. С точки зрения работодателей они и так много зарабатывали. В итоге эта система мер по сдерживанию заработной платы была направлена на поощрение посредственностей, но не на таланты.
Можно порассуждать о том, что невозможность переманивать хороших специалистов из других компаний могла вынудить тот же Google вкладываться больше в поиск молодых талантов (все эти Google Code Jams и не только). Или что пресловутые удивительные офисы поисковика сделаны на деньги, «сэкономленные на завтраках сотрудников». Что их знаменитое бесплатное пищевое довольствие в офисах при вышеописанном раскладе это «код за еду». Ведь наверняка все эти затраты — всего лишь небольшая часть из того, что теоритически недоплачивалось все эти годы. Последствий в результате отсутствия картельного сговора на самом деле могло быть гораздо больше, не только в рамках одной ИТ-компании или даже всего ИТ-рынка. Последствия сами по себе могли быть больше. Остается только гадать.
***
Рассказывали, что в далеком 2004 году одна рекрутер-тигрица, сотрудница крупной аутсорсинговой компании, основательно прорядила кадровый огородик другого белорусского аутсорсера. И была очень собой довольна, пока с ней не поговорило руководство. Оказывается между ее компанией и компанией-жертвой, в чьих владениях она славно поохотилась на кандидатов, существовало джентельменское соглашение о непереманивании.
В 2005 году эта договоренность перекочевала на бумагу, к ней присоединились новые участники, и компании вздохнули с облегчением — градус рынка обещал держаться на одном и том же уровне, грезы разработчиков о более длинном рубле за углом должны были раствориться как мираж. Но не тут-то было. Соглашение так и осталось на бумаге, оно не работает. (Кстати, страницы со списком участников и текстом соглашения на сайте Инфопарка тоже не работают.) Зарплаты разработчиков продолжили расти, а владельцы компаний продолжили жаловаться, что сохранение этой тенденции делает невыгодным аутсорсинг, ведь со всеми оверхэдами стоимость человекачаса здесь неумолимо приближается к стоимости человекочаса там. А это грозит потерей клиентов.
Что примечательно, наше соглашение на бумаге возникло в тот же период времени, что и картельный сговор ведущих компаний Кремниевой долины. Вряд ли наши топ-менеджеры вдохновились примером старших братьев — ведь договоренности держались в тайне. Наше соглашение, скорее всего, стало отголоском зарплатной гонки на Западе. Но тем не менее, не сговорись Эрик Шмидт, Стив Джобс и иже с ними о сдерживании зарплат, это также могло бы сказаться на нас. Руки у Google были бы развязаны, температура рынка поднялась бы еще выше, соответственно сегодня мы имели бы более высокую стоимость человекочаса среди «кремниевых компаний». Это безусловно сказалось бы на мировом рынке ИТ-труда. И как следствие, наш потолок «зарплатной нерентабельности» также на сегодняшний день был бы выше. К чему бы это привело? Как минимум, Белстат в своих отчетах сообщал бы о превышении средней зарплаты сотрудников ИТ-труда средней по стране более чем на текущую 1000 долларов. Т.е. опосредованно Google, Apple и др. повлияли и на зарплаты наших разработчков. Какие еще могли быть последствия для белорусской ИТ-индустрии — вопрос открытый.
Рэлацыраваліся? Цяпер вы можаце каментаваць без верыфікацыі акаўнта.