Алесь Ярошевич

Многие технические компании отказались от идей DEI — с подачи Трампа или ещё раньше. Но Скандинавия остаётся их оплотом. Мы посмотрели, как программы разнообразия и равенства работают в известных шведских ИТ-брендах — и где они сбоят.

Новость о визите силовиков в беларусскую ИТ-компанию заметили в мировой гемблинг-индустрии. Это не случайно. 

За 20 лет беларусская айтишка пережила взлёт и падение. А в Барановичах её как не было, так и нет (ну, почти). Зато там всё это время продолжали готовить программистов — вдали от минской ИТ-тусовки и понятных путей к успеху.

В минский офис Maxbitsolution, которая работает в сфере iGaming, вчера пришли с обыском. Команда перестала выходить на связь с сотрудниками за границей. Эту информацию devby подтвердили три разных источника.

Помогите новичку разобраться. 

Виктория* переехала во Львов девять лет назад — просто потому что понравился город. За несколько месяцев до большой войны устроилась фронтендером в местный офис. Сегодня она в том же городе и в той же компании: «Я выбрала жить и работать в Украине».

Projects & Teams Manager Тимур Хащеватский много экспериментирует с LLM. Он сравнил дорогие и дешёвые, большие и маленькие модели — и попытался понять, для каких задач действительно нужен AI за тысячи долларов.

Вера, Дарья и Ника уехали в Данию — страну, которую принято считать примером гендерного равенства. Но и там их опыт далёк от идеала: женщинам могут не доверять сложные задачи, а проекты — поддерживать советами вместо денег. Оказалось, женская миграция устроена сложнее. Даже в скандинавском раю.

Забукать слот для подачи документов на польскую визу через сайт VFS Global почти невозможно. Этой проблеме много лет, о ней известно всем. На этом расцвёл мутный бизнес помогаторов — «долго, дорого, без гарантий». Все антибот-апдейты, кажется, пошли им только на пользу. 

Какие криптовалюты попали в список Нацбанка, что в нём странного и в какую сторону этот перечень может расшириться? 

Кому-то торговля на бирже помогает накопить на пенсию к старости, а кому-то — досрочно выйти на неё после десяти лет работы: два рассказа о плюсах, минусах и подводных камнях непрофессионального инвестирования.

Могут ли десятки «серых» прокси-серверов по всему миру управляться с помощью софта с беларусскими корнями? Вот что мы выяснили.

Микита Гончаров — в прошлом DevOps и PM в Беларуси, а сейчас разработчик собственной игры и студент на геймдев-специальности в одном из вузов Буэнос-Айреса.

С чего североевропейские страны начали свой путь к реальному равноправию мужчин и женщин, сколько лет осталось до полной ликвидации гендерного разрыва и в каких областях айтишного гендерного равенства Швеция и Дания уступают Польше, Латвии и Румынии? Поговорили об этом с экспертами датского аналитического центра EQUALIS, который специализируется на вопросах равенства и гендерного разнообразия.

Распределение, приятные коллеги-ретрограды и удивительная для ИT зарплата.

«Преподаватель, которому не всё равно» — так представляется Дмитрий Оношко на своей страничке в Вк. Его открытое видеообращение к Лукашенко за три дня собрало 80 тысяч просмотров и полторы тысячи комментариев.

На волне электоральной зависти к Венгрии — поговорили с беларусскими айтишниками там про жизнь и работу. 

Старший преподаватель кафедры ПОИТ БГУИР Дмитрий Оношко выложил на YouTube открытое обращение к Александру Лукашенко.

Романтические отношения, как и совместная работа женатых пар в одном офисе, не всегда приветствуются руководствами компаний. Но время от времени такое случается. Расспросили главных действующих лиц служебных романов.   

Жан-Поль Макнамара пять лет назад окончил БГУИР. Он живёт в самом большом городе Южно-Африканской Республики Йоханнесбурге и работает как мидл разработчик в небольшой местной компании, которая занимается кибербезопасностью. devby попросил Жан-Поля рассказать о том, как молодого человека из далёкой ЮАР занесло в Минск, чем ему запомнилась Беларусь и что сейчас происходит с южноафриканской айтишкой.

Взгляд на выборы в Венгрии глазами живущего там беларуса.

Что вы знаете об отчаянии? Колония, двухлетние поиски работы, штрафы за выполненную работу, зарплата в $500 плюс попадание в «чёрный список».

Как камерунцу удалось попасть в БГУИР, какими в его памяти остались Минск и Беларусь и почему ему так и не удалось получить диплом?

На маркетах продаются муляжи.

О своих карьерных зигзагах с открытым финалом рассказывает Кастусь, который до начала 2026 года работал в Польше QA-инженером на американскую Aras Corporation:

Как сотруднику EPAM живётся и работается в США через четыре года после релокации? 

Как обидеть ИИ, чтобы он восстал? Подсмотрели ответы у фантастов и у футуролога.

Посмотрели на план новой китайской пятилетки, где ИИ упоминается больше 50 раз, и узнали мнение экс-сотрудника беларусского офиса Huawei.