Ирина* живёт в Токио и руководит отделом web-разработки в международной розничной сети из Японии. Спросили, как в японской айтишке искать работу, как проходить собеседования и как работают по-настоящему классные рекрутеры.
Ирина* живёт в Токио и руководит отделом web-разработки в международной розничной сети из Японии. Спросили, как в японской айтишке искать работу, как проходить собеседования и как работают по-настоящему классные рекрутеры.
В прошлый раз она уже рассказала, как получить студенческую визу в Японию, выучить язык и начать там ИТ-карьеру.
— Сложно было найти первую работу в японском ИТ?
— Это было очень интересно. В тот год, что я училась веб-дизайну, я наваяла себе портфолио. Набросочки по фронтенду залила на GitHub, что-то было в Notion. Всё там было как-то разбросано, непонятно, даже свой сайт я толком не сделала. Накидала всего подряд: и то я трогала, и это умею, хочу показать вам, возьмите меня на работу.
Думала, такой пиар прокатит, но не прокатил. Я прошла около 60 собеседований…
— За какое время?
— Месяца за три. Иногда в один день у меня было по три собеса. Я отпрашивалась из колледжа, говорила: «У меня собес». Ты можешь уходить на собеседования или тебе дают переговорку в самом колледже, если ты предъявишь доказательства назначенного интервью. Например, назначенную встречу в календаре с представителями компании. Иногда я ездила в Осаку, иногда встречалась онлайн, если собес был с Токио или Фукуокой.
— Простите, но 60 собеседований за три месяца? Сейчас люди откликаются на десятки ваканский, чтобы попасть хотя бы на один собес. А у вас десятки собеседований в месяц, и вы рассказываете об этом как о чём-то совершенно обыденном!
— Возможно, это связано с тем, что собеседования в Японии выглядят иначе, чем в Европе.
Первый собес — это, скорее, презентация компании для тебя, а не собеседование тебя самого. Компании показывают, какие они крутые, знакомят со своей корпоративной культурой.
Этот этап называется кайша сэцумэйкай («объясняющая встреча»). Если ты не посетил объясняющую встречу, значит, ты не заинтересован в том, чтобы идти работать в эту компанию. Право на следующие этапы имеет только тот, кто её посетил.
— Такие собеседования проводят в какой-то автоматизированной форме? Может, просто слайды какие-то показывают?
— Нет. Его проводит живой представитель компании, обычно HR. А ещё на нём будут человек пять таких же соискателей. Они вместе с тобой в кабинете или на созвоне, ты смотришь на них, они на тебя. Обычно это будут пять вылизанных японских конкурентов в костюмах.
Для такого собеседования есть строгая процедура. Ты должен постучать два раза, сказать, «Прошу прощения, я вхожу. Можно ли сесть?» Садишься с определённой стороны, ставишь сумочку, говоришь «Спасибо». Для вида ты должен обязательно достать блокнотик и ручку: это показывает, что ты заинтересован и настроен записывать информацию. У девушки не должно быть распущенных волос, юбка должна быть определённой длины.
Ещё в конце этого собеседования ты должен задавать вопросы — о целях, задачах компании, о каких-то бенефитах.
Первое собеседование в Японии — это скрининг с двух сторон. Они рассказывают о себе и сканируют тебя. Первое впечатление здесь самое важное. Если вы не замэтчились — всё, бай-бай, о втором этапе не может быть и речи. Кто ты такой, что ты умеешь — мы даже знать не хотим. Иди отсюда, ведь ты даже блокнотик не достал, манер на соблюдаешь.
Японцам очень важно увидеть человека вживую, увидеть твои манеры. Для них это даже важнее, чем твои навыки.
— На сколько вакансий вы откликнулись, чтобы получить 60 собеседований?
— Больше 80 откликов, ближе к 90, наверное. Иногда вместо кайша сэцумэйкай бывают базовые отказы вроде «мы сейчас не набираем». Есть ещё очень красивый японский отказ, «Мы молимся за ваш активный поиск работы и желаем вам удачи».
— 60 собеседований после 90 откликов? Фантастика! И сколько вы получили оферов?
— Оферов было немного. Если ты прошёл первый этап собеседования, HR отправляет тебе на почту информацию с линком, на который ты можешь отправить свои резюме и портфолио. Это такое право доступа к настоящему интервью. В не очень больших компаниях приглашения на этот этап получают почти все, кто принимал участие в первом. После второго этапа ты уже попадаешь на третий, с каким-нибудь руководителем.
У меня были ситуации, когда я проходила все три этапа, но офера так и не получила. Один раз я понравилась эйчару, и он пригласил меня на последний этап, в котором со стороны компании участвовали три человека, в том числе бучо (глава отдела).
И этот бучо начал задавать очень странные вопросы. Например, «Кем вы хотели бы стать, если бы родились животным?» Я ответила, что дельфином. «А почему не каким-нибудь более обычным животным?»
Наверное, на основании моих ответов на этот вопрос он хотел понять, впишусь ли я в их коллектив. Японцы вообще любят поднимать очень странные темы. Часто спрашивают о группе крови, пореже — о гороскопе. Ну и более привычные вопросы задают, вроде «Кем ты хочешь стать?», «Какой у тебя характер?»
На этом этапе интервью уже не стоит задавать много вопросов. Если много вопросов задаёшь — значит, слишком активный, легко уйдёшь в оппозицию. А нам в коллективе этого не надо. Нам нужно что-то более спокойное, ровное, что не будет мутить воду.
Проактивность — это огромный минус для Японии. Ты должен быть активным, но не мешать другим. Что-то сказал, не зацепил, твоё мнение никто не принял — ну, ничего страшного, не обижайся, иди работать дальше. Пять лет отработаешь у нас — мы тебя повысим, и отработаешь ещё пять лет.
У них всё нацелено на продолжительный формат работы в одной компании. Поэтому они не заинтересованы в проактивных оппозиционерах, которые могут привнести что-то новое. Это, кстати, фишка Беларуси и пространства СНГ: у нас много проактивистов, которые хотят что-то привнести, есть стремление к быстроте и инновациям.
Япония совсем не такая, она размеренная и спокойная. Им не нужны все эти штуки вроде результата через две недели, они могут и два года подождать. Главное — чтобы команда спокойно работала ещё пять лет, и десять. Какой Cloude Code, какой MCP? Зачем что-то оптимизировать? У нас есть факс, у нас есть условная Зинаида, которая заберёт из факса бумажки, принесёт их Виталию, Виталий эти бумажки переложит и передаст их какому-нибудь Роману. У них уже есть процесс, и им не нужны люди, которые будут что-то пушить.
— А какие позиции вы искали?
— UX-дизайн, Frontend-разработка.
По итогу все три этапа собеседований я успешно прошла в одну компанию в Фукуоке. Это такая японская Кремниевая долина, где всё очень прогрессивно и активно движется. Но там мне отказал бучо. Сказал, что всё сложно будет с релокейтом, с визами. У них просто не было опыта найма иностранных граждан.
Ещё один человек очень хотел нанять меня в Осаку, там я тоже прошла третий этап, но в конце концов туда взяли японку. А мне написали, что я, скорее всего, не подойду к их коллективу.
И я поехала в Токио, где сразу две компании пригласили меня на практику. Токийские компании действуют в найме немножко по-другому. В регионах обычно сначала ты идёшь на кайша сэцумэйкай, слушаешь про компанию, и потом, если им подходишь, идёшь на второй этап. В Токио уже на первом этапе эйчар может сделать тебе экскурсию по компании, показать «Вот здесь у нас бучо работает, а здесь главный босс, здесь такой-то отдел». И предложит пройти практику.
— За это заплатят?
— Зависит от компании. У меня была одна оплачиваемая практика, платили 1500 иен в час [$9]. И одна неоплачиваемая, но зато со свободным графиком. Удобно, если ты приходишь на практику из университета и не можешь там целый день проводить. Тебе разрешают прийти на два-три часа, посидеть, посмотреть, подвигать мышкой. Эта практика была очень скучная.
Я приехала в Токио с огромными опасениями. Договорилась с колледжем, сняла отель, денег осталось примерно на месяц (практика обычно продолжается две-три недели). И обе компании дали мне офферы! Кстати, здесь все были очень открытыми, Токио вообще очень дружелюбен к иностранцам.
— Я выбрала прогрессивный стартап, который занимался розничной торговлей через интернет. Его глава — тайванец, выросший в Японии. Коллектив здесь был смешанный. Половина — японцы, в основном HR-отдел. А UX, Backend часть, инженеры — иностранцы. Все PM тоже были иностранцами, потому что основной таргет у компании — это тоже иностранцы.
Я пришла туда как UX, плюс пришлось активно заниматься разработкой. Магазин у них был на платформе Shopify. Когда я попала в компанию, в нашем отделе было три человека:
мой лид-канадец, он же UX/ UI-дизайнер;
девочка бренд-менеджер, японка, которая вообще не шарила в кодинге, в правильном лейауте, не знала, что такое Figma;
и я, энтузиаст-самоучка с очень миксовым бэкграундом.
Компания стартапная, куча денег (наш тайванец набрал много кредитов у японских банков). Огромный бюджет, который нужно было реализовывать в очень короткие сроки, чтобы потом возвращать деньги банку.
Поэтому давление, которое шло на нас со стороны начальника, было огромным. Нужно было подавать заявки на разных платформах, подключать разные способы оплаты, постоянно следить за магазинами и за тем, корректно ли идут синки по разным товарам, совпадают ли цены в разных регионах от США до Франции и Германии. Нужно было регулировать все эти процессы, следить за тем, правильно ли синхронизируются стоки, всё ли корректно, чтобы сайт не лёг. И всем этим занимались только мы вдвоём с моим шефом-канадцем.
В этом году компания заметно выросла, к нам пришли пять новых сотрудников, трое из которых бэкэндили, потому что мы вдвоём уже не вывозили. Из-за нехватки времени у нас всё страдало, безопасность страдала, корабль тонул. Но мы латали его и двигались дальше.
— Конечно, с ним было намного проще. У нас было много иностранцев. Французы, позднее пришёл бэкэндер из Монако, афроамериканка — фронтэнд-разработчица. Были люди с Тайваня, американец филиппинского происхождения, ещё один американец, австралиец… Благодаря этому у нас была полная свобода общения.
Всё было очень просто и удобно. Работа работается, но нет каких-то жёстких алгоритмов, как в японской деловой культуре. Где, чтобы прояснить какой-то момент, ты должен подойти и обязательно сказать "Прошу прощения за беспокойство, а не найдётся ли у вас пять минут, чтобы уделить мне это время?"
В наших странах, в СНГ, Европе, в Америке всё это гораздо проще. Уважение, которое ты испытываешь или не испытываешь к человеку, легко считывается из интонации. В Японии ты должен «читать воздух». А если ты его не читаешь — всё, ты полная оппозиция, враг.
В компании чувствовалась граница между двумя лагерями — между японской и иностранной частями коллектива. Нет, это не было конфронтацией, в которой одни хотели убить других кольями. Но дистанция хорошо ощущалась.
— Иностранцу легко подружиться с японцами?
— Очень легко стать приятелями. Но понятие дружбы у них очень сложное. Мне кажется, что у нас это слово обозначает какие-то более глубокие чувства. В японском есть два слова для обозначения друзей, томодати и юдзи. И обоими этими словами японцы достаточно легко бросаются. Ты только пять минут назад с ним поздоровался, поговорил о своих хобби — и всё, он может тебе сказать, что ты его друг. Но по факту это не такая дружба, которая скрывается за этим словом где-то в СНГ. Семантика этого слова у нас другая.
«Подружиться» в значении «создать хорошие отношения» с японцами легко. Начать с ними разговор — на изи. А если у вас есть какие-то общие увлечения, вы любите петь, играть в похожие игры — вообще без проблем. Любите кушать одинаковые пирожные? Сходите один раз вместе в кафе — и всё, обменяетесь там инстаграмом, контактами в мессенджерах, и он будет рассказывать всем, что нашёл замечательного друга из Беларуси. Ты станешь звёздочкой в его списке контактов.
— А чтобы перейти на другой уровень… Какой нужно совершить подвиг, чтобы японец пригласил вас к себе на день рождения, или, допустим, на свадьбу?
— Сложно сказать. В Японии они иногда даже друг другу за помощь при переезде деньги платят. Но давайте попробуем… У меня есть хорошая подруга-японка, которая приглашала меня к себе домой. Она занимается музыкой, даёт концерты. При этом она очень стеснительный человек. Не знаю, как нам удалось выстроить хорошие отношения, они просто ощущаются, и всё.
Никаких специфических подвигов для этого делать не нужно. Думаю, как и в любой другой культуре. Есть определённый уровень доверия, который выстраивается на длинной дистанции. Вы помогли друг другу, куда-то вместе сходили. Или просто в каких-то базовых вещах, но в продолжительном формате выстроили хорошие отношения.
Когда я общаюсь здесь с иностранцами, они часто говорят, что им сложно почувствовать от японцев эмпатию. Говорят, что японцы им не помогают, избегают общения с ними, потому что они иностранцы. Но мне кажется, что японцы просто пытаются избегать чего-то сложного. Для них иностранец, который не говорит на японском — это что-то очень сложное, как кубик Рубика с пятистами гранями разного цвета, который просто невозможно собрать. Зачем им это? Они просто его избегают. Они могут улыбнуться, сделать вид, что тебя поняли — и уйти, ничего не ответив.
— Вы сталкивались со стереотипным японским трудоголизмом?
— Я не вижу здесь «самоубийства» людей на рабочем месте. Люди, которые специально остаются в офисе и дёргают мышку до 11-12 часов вечера — да, такие есть. Включает ли этот «трудоголизм» какие-то сложные умственные действия? Нет.
Здесь много сотрудников, которые любят тянуть время, но это связано со спецификой японских контрактов. Японская бизнес-культура очень боится вносить изменения в договоры, контракты. И в них сохранилась старая часть про переработки, которые обязательно включаются в твою зарплату. Условно 30 часов переработок в твоём окладе уже есть вне зависимости от того, перерабатывала ты их на самом деле или нет. То, что сверх этих 30 часов, будет оплачиваться уже по двойному тарифу. И многие люди пытаются тянуть это время и дорабатывать какие-то топ-часы, чтобы получить дополнительные премиальные копейки.
А некоторые боятся начальника. Начальник сидит до посинения — и они не будут уходить, пока начальник не уйдёт, хотя свою работу уже сделали.
— Если 30 часов переработки уже включены в мой оклад — я, скорее, вообще не буду перерабатывать. Зачем это нужно?
— Моя логика такая же. Я просто ухожу с работы вовремя.
— А что насчёт японской бюрократии? Если сотрудник хочет сделать какое-то рядовое предложение, ему действительно нужно распечатать его и собирать неделями печати на всех уровнях корпоративной иерархии?
— Это возможно, но только в крупных традиционных корпорациях. Мне повезло, я работала в стартапе, где был электронный документооборот, и даже электронная печать была. С нынешней компанией мне тоже повезло. Это старая компания, но очень продвинутая, бумажки тут исчезли. В чём-то даже более продвинутая, чем мой предыдущий стартап.
Стартап, в котором я работала, развивался по пути жёсткой иерархии. Там был босс и были подчинённые, и там действительно было 3000 этапов, которые ты должен пройти, чтобы что-то утвердить. В рабочих чатах у всех были иконки с фотографиями, у всех была почта определённого формата, определённая подпись.
И вот я пришла сейчас в старую традиционную компанию. В первый день пошла на работу в костюме. А мне говорят: зачем в костюме? У нас свободный формат.
В стартапе рабочее пространство было организовано в виде шима («остров») для каждого отдела. В шима лид сидел повыше, и вокруг него сидели подчинённые. А сюда я пришла уже как веб-директор, мне дали команду. Я прихожу и спрашиваю: «А где мне садиться?» И они отвечают: «Где хочешь. У нас есть 13-й этаж, а ещё 26-й и 27-й, выбирай место и садись, где тебе удобно». Ещё мне сказали: «У нас нет жёсткой иерархии, нет системы в виде пирамиды».
Я захожу на почту, в Slack — и вижу там иконки: котики, Патрик, Спанч Боб. А где эта корпоративная мишура с лицами, с фотографиями в костюмах? В общем, через неделю я спокойно пришла на работу в майке и в джинсах.
Мне очень нравится моя нынешняя компания. Нравятся их цели и то, как компания движется. Всё это совпадает с тем, чего мне хотелось раньше.
— Ваша работа сейчас больше касается дизайна или разработки?
— Я двигаюсь уже в сторону менеджмента. Потому что мне приходится руководить командой из Тайваня. Основная группа разработки у них находится на Тайване, и тайваньская команда общается преимущественно на английском, только один человек у них может общаться на японском. Я для них и для японской части компании такой связующий мост.
— Вы учили психологию и руководили командой в маркетплейсе — этот опыт сейчас нужен вам как менеджеру. Образование веб-дизайнера, безусловно, для веб-директора тоже лишним не будет. А изучение японского помогло стать мостом между двумя частями команды. Как вы вышли на работу, которая настолько хорошо вам подходит? Сами нашли, или вас захантили?
— Как-то в LinkedIn мне написал рекрутер. Я, кстати, довольно скептично отношусь к LinkedIn, давно за ним не следила, не меняла статусы. Даже не помню, что у меня тогда там было, open to work или нет. До этого, когда я реально искала работу через него, рекрутеры чаще меня игнорировали или обещали, что дадут обратную связь — и исчезали.
И вот рекрутер мне пишет: «Привет, пришли мне своё резюме на английском». Посмотрел, попросил созвониться. Мы поговорили 15 минут — и он присылает мне три предложения, в какие компании я могу замэтчиться. Три разные позиции: PM, UX-Frontend и веб-директор.
Я выбрала последний вариант. Без особых надежд написала ему: «Если им понравится моё резюме — дай знать». Вскоре после этого бучо позвал меня на собеседование. Этот собес был сразу с боссом моего отдела (наполовину японцем родом из США). Мы 30 минут говорили на английском, потом 30 минут на японском. В конце он мне ничего не обещал, просто уточнил, чем бы я хотела заниматься (я сказала, что UX).
Часов через пять мой рекрутер отписался, что меня позвали на второй этап с руководительницей отдела UX. С ней я уже общалась только на японском. Она рассказывала, что будет тестовое задание, что я должна буду подготовиться и что они ещё посмотрят, как я замэтчусь с командой. Я быстренько начала готовиться к тестовому, изучила их сайт, посмотрела первичные метрики, обнаружила, что сайт перегружен…
На следующий день рекрутер написал, что они хотят меня взять. Я спросила: «Окей, а где тестовое?» А он ответил, что следующим этапом будет уже встреча с рекрутером компании и обсуждение офера. Потому что им всё понравилось: и опыт, и уверенность, и то, как я вела диалог. И они хотят, чтобы я руководила новой командой для части сайта, которую они запускают для Америки.
Перед последней встречей рекрутер, который меня захантил, подготовил меня и посоветовал сумму, за которую я должна себя продавать. Подказал, как обосновать эту сумму, какие скиллы сколько стоят. Он меня готовил перед каждым этапом.
— Какой замечательный рекрутер.
— Да. Когда меня уже наняли, мы с ним встретились лично, он пригласил меня на ужин. Рассказал, что сотрудничает с довольно узким кругом компаний и старается продвигать туда людей, с которыми сумел хорошо наладить контакты.
Он, кстати, очень хорошо разбирается в ИТ-терминологии, понимает, для чего нужны какие проекты, что и с чем будет хорошо мэтчиться. Очень продвинутый человек.
В последней части Ирина расскажет об особых бесплатных визах, которые позволяют жить в Японии не работая, о том, почему японское гражданство получить проще, чем ПМЖ, а также о гигантских тараканах, тайфунах и землетрясениях. Не переключайтесь!
* — имя собеседницы изменено
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.