В шведском стартапе Lovable я чувствовала себя частью элитной команды в элитной компании, а потом возвращалась домой — в грязную квартиру, где нет ни еды, ни чистой одежды. Когда работаешь в самом быстрорастущем стартапе Европы, где нет рамок и спринтов, задачи не заканчиваются никогда. Ты можешь сутками делать полезные фичи, случайно сжечь 17 тысяч долларов на ИИ-агентов и остаться ночевать на офисном диване — пока однажды просто не сможешь встать с кровати. ​Рассказываю, как ушла из варшавского банка в модный ИИ-стартап в Стокгольме, почему бесконечная свобода — худшая ловушка для человека с СДВГ и почему увольнение с тремя окладами стало лучшим решением в моей жизни.

Поговорили со студентами технических специальностей — узнали, успевает ли образование за изменениями в отрасли и профессии и как они видят своё будущее.

PandaDoc сократил команду по всему миру. Экс-сотрудница украинского офиса компании рассказала devby, как выглядел оффбординг, насколько щедрые severance-пакеты выплатили уволенным, и оценила шансы экс-коллег на рынке труда. 

Пару лет назад Егор* зарабатывал более 6000 евро, вёл сразу три западных проекта — а сейчас 500 долларов на госпредприятии. 

Мы сделали небольшую анкету для предпринимателей в Беларуси. Расскажите про вызовы, сложности, источники вдохновения, планы. Это полностью анонимно.

Вы логировали партию в бильярд как «работу с документами», а поход в кофейню как «разработку новой продуктовой стратегии»? Может быть, вам приходилось самому искать себе задачи под давлением проснувшейся совести? Как вообще возникают ситуации, когда за безделье платят? И что в этом может не нравиться?