Экономист Алекс Таббаррок заявил, что дискуссия о влиянии искусственного интеллекта на рынок труда строится неверно. По его мнению, страхи массовой безработицы связаны не столько с экономикой, сколько с тем, как общество интерпретирует изменения.
Экономист Алекс Таббаррок заявил, что дискуссия о влиянии искусственного интеллекта на рынок труда строится неверно. По его мнению, страхи массовой безработицы связаны не столько с экономикой, сколько с тем, как общество интерпретирует изменения.
«Первое, о чем люди думают, когда речь заходит о сокращении работы, — это безработица, — считает Таббаррок. — Но сокращение работы может означать более короткую рабочую неделю, более ранний выход на пенсию или больше отпусков».
В качестве примера он предложил сравнить два сценария: «Представьте, что я сказал вам: ИИ приведет к 40% безработицы. Звучит плохо, не так ли? Катастрофично. А теперь представьте, что я сказал: ИИ приведет к трехдневной рабочей неделе. Звучит отлично, правда?»
По его словам, с экономической точки зрения эти сценарии практически идентичны: «60% занятых и 40% безработных дают то же общее количество рабочих часов, что и 100% занятых, работающих на 60% времени». Разница между «кризисом» и «идеальным сценарием», по его мнению, заключается не в технологиях, а в распределении выгод. «Все сразу склоняются к негативному сценарию, а не к позитивному», — отметил экономист.
Идея сокращения рабочего времени не нова. Еще экономист Джон Мейнард Кейнс в 1930-е годы предполагал, что к XXI веку рабочая неделя может сократиться до 15 часов, хотя сам выражал обеспокоенность тем, как люди будут использовать освободившееся время.
Таббаррок, однако, настроен более оптимистично. Он напоминает, что за последние 150 лет рабочее время уже сократилось примерно на 40% — с около 3000 часов в год до примерно 1800, при этом без роста безработицы. «Если ИИ сократит долю работы в жизни с 10% до 5% в ближайшие 50 лет, это было бы прекрасно», — считает он.
При этом реальность корпоративного сектора пока расходится с этим сценарием. Несмотря на рост эффективности за счет ИИ, компании не сокращают рабочее время сотрудников, а увеличивают объем задач. «Раньше на задачу уходило восемь часов, теперь — два. Но теперь я могу загрузить человека работой на 20 часов», — заявил технический директор Dun & Bradstreet Майкл Манос.
Исследования подтверждают этот тренд: сотрудники, работающие с ИИ, ощущают рост нагрузки и информационную перегрузку. Тем не менее, по мнению Таббаррока, это вопрос организации труда, а не ограничений самой технологии. «Нам придется понять, как лучше организовать рабочую жизнь, когда часов работы станет меньше. Я думаю, переход будет медленнее, чем предполагают пессимисты», — полагает эксперт.
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.