dev.by уже писал о том, как работают слепые программисты из разных уголков мира. Но, как оказалось, есть пророки и в своём отечестве. Александр Северин родился с очень плохим зрением — всего 5% от нормы, но вопреки всему и вся самостоятельно освоил компьютер, выучился программировать в университете и работает с индивидуальными заказчиками. А ещё обучает незрячих. О том, как ему всё это удалось, Александр рассказал в интервью dev.by.   
Читать далее

Pascal в техникуме и переустановка «Windows» как точка невозврата

В детстве Александр не видел ни одной строки на таблице в кабинете офтальмолога, но научился играть в футбол, ездить на велосипеде и играть в шахматы. С медицинской точки зрения, он не мог читать, но всё равно читал «носом» до 100 страниц в день.

Закончив школу-интернат для слабовидящих детей в Василевичах Гомельской области, он поступил в сельскохозяйственный техникум. Ветеринарию он выбрал «по чисто романтическим соображениям». Но именно там впервые познакомился с компьютером. Информатику преподавал учитель физики, и Александр не сразу понял, что изучал Basic и Pascal. В техникуме он написал свою первую программу, рассчитывающую корни квадратных уравнений.

В то время Александр ещё не знал о специальных возможностях для слабовидящих и незрячих (скринридеры, экранные лупы, синтезаторы речи), поэтому ему пришлось столкнуться с множеством трудностей. Приходилось «лезть носом» в монитор, который почти всегда стоял выше, чем нужно, преподаватели отстраняли его от занятий, но он продолжал писать код в конспекте — и его снова принимали.

Знакомство с Windows случилось на 4-ом курсе техникума. И это тоже было связано с трудностями: читать пиктограммы было гораздо сложнее, чем командную строку. Но и это не отбило интереса к компьютерам и жажды знаний. Хотя по-настоящему наш герой увлёкся программированием только в Гродненском государственном аграрном университете, куда поступил после техникума на специальность «Зооинженерия». Там необычного студента всегда пускали за удобный для него компьютер, разрешали «лезть носом» в монитор, но о доступности по-прежнему никто не говорил.

Не имея постоянного доступа к компьютеру, Александр активно изучал теорию, читал «Компьютерную газету» и журнал «Хакер». Cобственный компьютер появился у него на последнем курсе университета, в 2004 году. Заплатив однажды за переустановку системы, наш герой понял, что не согласен тратить деньги на такие операции. Мастер, восстановивший систему во второй раз, поделился с Александром специализированной литературой, и уже через несколько дней он знал, что переустановка ОС — «плёвое дело».

Это стало точкой невозврата. Всё, что происходило после, привело Александра в Минск, где он сегодня проводит половину времени. Вторую половину — в Гомеле, где жил до недавнего времени. У него несколько мест работы, и его оптимизму и жизнелюбию можно только позавидовать.

Обо всём, что случилось после окончания университета, Александр Северин подробно рассказал корреспонденту dev.by. Компанию нам составила и его супруга Екатерина — незрячий музыкант, которая активно пользуется компьютером для работы и отдыха.

«Говорящий» компьютер и молчаливый админ

— После окончания университета медики пустили меня на работу только на спецпредприятие в Гомеле. Там я впервые познакомился с незрячими, которые работали за компьютерами — их было всего несколько в Гомельской области. Один из компьютеров стоял в общежитии, где я жил. За ним работал парень из отдела маркетинга. Это был первый «говорящий» компьютер, который я увидел, и это перевернуло мою жизнь. Я понял, что можно работать не только «глазами».

Вскоре компьютер перестал разговаривать. Пришёл человек, который куда-то ткнул мышкой, и всё снова заработало. Он ушёл, не сказав, что сломалось, потому что «так не принято». Меня это задело, и я решил разобраться. Поставил на свой компьютер весь специализированный софт. И в следующий раз тот парень разрешил мне починить свой компьютер. После этого по округе пошла молва о том, что появился ещё один человек, «который может», объясняет и не берёт денег. Я всем говорил, что не нужно быть программистом, чтобы настроить софт. Видя положительный опыт, больше незрячих людей стали покупать компьютеры.

В течение года я нарабатывал авторитет. Потом администрация предприятия приняла решение открыть компьютерный кружок для незрячих, потому что компьютер является незаменимым средством реабилитации: это доступ к информации, возможность работать, да и просто досуг. И мне предложили заняться обучением. Собственно, я и сейчас этим занимаюсь.

Спецтехника без преимуществ

Никакого специализированного оборудования незрячему программисту не нужно. Брайлевские клавиатуры и дисплеи — это очень дорого и неудобно. Щупать клавиши с брайлевскими метками крайне непрактично — лучше слепого 10-пальцевого метода ещё ничего не придумали. А на специализированных клавиатурах Брайля нужно нажимать комбинацию клавиш, чтобы получить один символ. Кстати, Брайлем владеют не все незрячие. В основном те, кто потерял зрение в детстве и учился в спецшколах.

Очень редко специализированная техника даёт дополнительные преимущества, которых не может дать обычный софт или гаджет.

«Слово «инженер» вроде есть, а что делать с частью «зоо» — не понятно»

Мне очень нравился Delphi. Было очень много учебников на русском, доступны среды разработки. Когда я попробовал C++, это был плачущий смайлик, а Delphi — улыбающийся. Visual Basic мне не понравился. А когда мне не нравится, я не могу этим заниматься. На Delphi я даже пытался автоматизировать документооборот областной организации в Гомеле. Написал приложение с базой данных о сотрудниках и членах организации. Но произошла смена руководителя и программу не внедрили. Но это было хорошим опытом с точки зрения коммуникации и поиска компромисса между программистом и заказчиком. И я писал что-то для себя. В то время ещё не знал, что есть языки более продвинутые и интересные.

Потом появился двухгодичный курс в университете им. Ф.Скорины в Гомеле с дистанционной формой обучения по специальности инженер-программист. Это был первый набор, и от растерянности никто не просил проходить медкомиссию. Нужно было пройти собеседование и продемонстрировать навыки в программировании. Играло роль и первое высшее образование: юриста и математика оценивали по-разному. Когда пришёл зооинженер, они долго чесали голову: слово инженер вроде есть, а что делать с частью «зоо» — непонятно. Но я показал, что могу писать код — и меня приняли.

Быть на голову выше и работать на опережение

Зачастую я не могу работать так же быстро, как зрячий человек. Потому не ввязываюсь в проекты, на которых важна скорость разработки.

Расскажу, как я компенсировал отставание во время учёбы. Были сессии и промежутки между ними. Сессия длилась месяц и график был очень плотным. Мы приходили и начинали писать лабораторные. Если бы я просто ходил на лекции и сразу шёл в вычислительный центр, не справился бы. Но я заранее попросил план занятий и начал готовиться. Это сработало, и я продолжал работать в таком режиме в течение двух лет обучения.

Екатерина: Что касается незрячих специалистов из любых областей, мой отец любил говорить: «Для того, чтобы тебя воспринимали как специалиста такого же уровня, как твой конкурент, нужно быть на голову выше». Чтобы добиться успеха, нужно работать на опережение. И это не потому, что мы такие бедные-несчастные, а потому что мы этого хотим.

Александр: Не всегда важна чистая скорость: например, я могу написать медленнее, но без багов, а другой человек напишет быстро, но потом будет долго править код. Да и среди людей с хорошим зрением не все пишут одинаково быстро. Показатель качества работы важнее, чем скорость. Опережение значит не скорость выполнения работы, а умение оказываться в нужное время в нужном месте.

«Если грустно, я перечитываю философию Python»

Сейчас работаю в основном с индивидуальными заказчиками. Я не работаю в команде, хотя не исключаю такого варианта. В Google работать не хотел бы, но мог бы работать удалённо в составе небольшой команды, которая собирается по необходимости. Сейчас для меня важнее свободный график. С 9 утра до 12 дня у меня может болеть глаз — буду лежать, согнувшись пополам, зато с 9 вечера до 4 утра я плодотворно потружусь.

Я берусь за работу, которую люблю, а люблю я Python, C# и WordPress. Пробовал разные CMS, несколько лет назад сделал магазин на Drupal, но чувствовал, что это не моё. На Joomla! я делал проект во время учёбы, тогда это казалось мне верхом совершенства, но я ещё не знал о WordPress. Я даже могу сказать, что PHP дальше WordPress я не трогаю — нет необходимости.

Когда пишу код и предполагаю, что могу его кому-то показать, запускаю автокоррекцию — она сделает отступы и прочее форматирование. Если нужно набросать 30 строчек в Python, я могу не заморачиваться над отступами изначально. Понятно, что Python отступы сам не сделает — я потом вернусь и разнесу всё сам.

Я ещё не писал таких больших проектов, чтобы потребовалось много всего подключать в Visual Studio. Самый простой способ — файлики в NotePad++, потому что это быстро и он универсален. Вообще, Visual Studio — это хорошо для незрячих. Microsoft постоянно работает над доступностью, и в 13-й версии всё доступнее, чем было в 10-й. Eclipse я не стал устанавливать даже к вашему приходу. Да, он доступен, работает, но как-то мне не по душе. Хотя профессиональных претензий у меня нет. IDE, которая поставляется в комплекте с Python, недоступна вообще. Сторонние IDE для Python тоже недоступны для незрячих. Поэтому я выбираю Visual Studio, иногда Eclipse, но чаще всё-таки NotePad++. Этого достаточно.

Я изучаю Python: мне очень нравится концепция и философия языка. Если грустно, я перечитываю философию Python — и мне становится лучше. Также я пишу на C#, но в основном работаю на PHP.

Я по-прежнему обучаю незрячих в Гомеле. Также сотрудничаю с Центром правовой трансформации. Они проводят большую работу по изучению доступности информации на сайтах госорганов. Я являюсь экспертом офиса в вопросах доступности информации для незрячих. Мы готовим уже третий отчёт на эту тему.

К слову

В 2014 году Центр правовой трансформации Lawtrend исследовал 135 сайтов госорганов Беларуси — 7 официальных сайтов областных исполкомов и Минска, а также 128 исполкомов местного уровня. Эксперты пришли к выводу, что заказчики и разработчики зачастую не учитывают потребности людей с инвалидностью при проектировании сайтов местных органов власти. Как результат, большинство таких сайтов не обеспечивают доступ ко всей информации и функциям для людей с инвалидностью. Только 55 из 135 сайтов позволили слабовидящим и незрячим самостоятельно отправить электронные обращения через форму обратной связи. В ряде случаев даже при наличии технической возможности отправки обращения использовать эту функцию было затруднительно по ряду причин. Основными такими факторами стали: отсутствие единого подхода к структуре сайтов, различные названия разделов с формой обратной связи, отсутствие разметки сайта, ошибки в оформлении навигационных элементов.

Все незрячие пользователи немного программисты

Екатерина: Конечно, мы относимся к работе за компьютером немного по-другому, но я считаю, что это наше преимущество. Обычный пользователь видит графику, щёлкает мышкой — и всё работает. Незрячий же знает уйму горячих клавиш. Кроме того, зачастую мы вынуждены знать, что внутри и как это работает. Например, те же скрипты в скринридере JAWS. Если NVDA сам прекрасно всё озвучивает, JAWS приходится многому учить. И в процессе волей-неволей начинаешь понимать, как пишутся эти скрипты и как их можно поправить. Муж начал учить меня Python, и я не могу сказать, что это сложно, потому что со многим уже встречалась.

Александр: Каждый пользователь скринридера должен знать, что такое объектная навигация, хоть он и не программист. Если незрячий пользователь встретил приложение, которое недоступно для скринридера, методом объектной навигации его удастся прочитать хотя бы частично.

Linux VS Windows, или правило 80/20

Я пробовал приручить Linux, но мне не понравилось. Вообще, я за свободное ПО. Но для незрячих в Linux многие вещи сделаны хуже, чем в той же Windows. Пересесть на Ubuntu — совсем непростая задача. Сегодня развернуть на ней весь софт, которым я пользуюсь на Windows, и чувствовать себя так же свободно в работе, не получится. На Windows я 80% времени работаю, 20% — разбираюсь в настройках. На Linux всё наоборот.

В OS X встроен софт со специальными возможностями. Они первыми сделали свой встроенный скринридер. Apple первой озаботилась тем, чтобы спецдоступность была из коробки. И iOS, и OS X полностью доступны, по крайней мере стандартные приложения.

Мы не делаем jailbreak своих телефонов. Когда нам предлагают цивилизованные условия, мы в них цивилизованно живём. У меня стоит специальный навигатор за 30 долларов. Его написал зрячий программист из Финляндии. Тестировали его незрячие. В App Store есть целый раздел, где собираются лучшие приложения для незрячих.

В Ubuntu тоже есть встроенные возможности, но она разговаривает синтезатором, с которым не каждый сможет ужиться. А чтобы установить другой синтезатор речи, придется постараться.  Зато у Linux-дистрибутивов есть озвучивание установки. Windows тоже начинает идти по этому пути: судя по всему, в «десятке» тоже будет озвучен процесс установки.

В программисты бы пошёл, пусть меня научат

Программирование — перспективное направление для незрячих. Это действенная реабилитация и хороший способ зарабатывать на жизнь. И общение за пределами своего круга очень повышает качество жизни. Сейчас тотально незрячие, кроме спецпредприятий, могут работать только массажистами и музыкантами. Есть единичные случаи трудоустройства по другим специальностям (психологи, переводчики, историки, научные работники).

Система высшего и среднего образования не готова принимать незрячих. Им будут преподавать в том числе и основы дизайна без поблажек. Как мне кажется, самый простой вариант — получать любое образование, а потом переквалифицироваться. Но это требует большой самостоятельной работы.

У меня были проблемы во время учёбы: университет продвигал курсы Cisco и заменял ими многие собственные. А вся информация по курсам Cisco — во Flash, который недоступен для незрячих. Мне пришлось искать на торрентах PDF-версии и доставать из них всю доступную информацию. Проблемы были и с тестами, потому что часть вопросов была во Flash. Но мне удавалось договориться с преподавателями, они описывали мне анимашки, я мог на бумажке или на словах расписать решение.

О мотивации

Мотивацией я занимаюсь каждый день. Ко мне на кружок приходят разные люди, иногда убитые своим горем. И их приходится вытягивать: я же могу работать, путешествовать, учиться, общаться. У кого тут жизнь закончилась? У нас в Беларуси появилась молодёжная инициативная группа незрячих — и там тоже приходится заниматься мотивацией.

Екатерина: Работодатели часто спрашивают: «Как же ты будешь работать — ты же не видишь?» Это неверный вопрос: если такой человек пришёл, то он, скорее всего, знает, как и с каким софтом он будет работать. Хотя, бывают люди, которые считают, что им все должны. Но в нашем кругу общения такие не задерживаются. Если вы видите на улице человека с белой тростью, у вас не должно возникать жалости: у незрячих тоже есть мозги. Дело в том, хочет ли человек ими пользоваться.

 

Фото: Андрей Давыдчик

🎊 Dzik Pic Store открыт и готов принимать заказы!

Заходи к нам в магазин