«Направо — к следователю, налево — выйду из бара и улечу в Лондон». Прокопеня о выборе, который сделал в 2015-м

ИТ-предприниматель Виктор Прокопеня в интервью ютуб-каналу «Русские норм!» с Елизаветой Осетинской рассказал подробности о своём задержании в 2015 году. 

 — Мне не говорили, что задерживают. Ко мне пришли домой как к свидетелю. Хотя уж было понятно, что на мой счёт есть другие планы. Когда меня везли в Следственный комитет, я сказал следователю, что хочу купить воды. Подъехали к одному магазину — закрыт, другому, третьему — закрыты. Недалеко от центра был модный белорусский «id bar», который находился в подвале. Он оказался открыт. Я пошёл туда. Мы были вдвоём со следователем. Не было ни охраны, никаких черепашек ниндзя, никого.

В бар я зашёл один. Обычному следователю было стыдно зайти в бар, где можно поесть за 50 долларов. Купил воду. Стою и понимаю. Если пойду направо к выходу, приду обратно к следователю. Если налево, могу выйти через задний вход и спокойно уехать, я ведь был свободным человеком. Этот момент был похож на фильм «Матрица». Там Морфеус говорит Нео: «Ты можешь выпить синюю таблетку — и проснешься, как будто ничего не было. А можешь выпить красную таблетку — и я покажу тебе, как глубока кроличья нора». И я понимаю, что могу пойти налево, потом сесть на самолет, завтра проснуться спокойно в Лондоне. И для меня ничего не изменится, и жизнь будет такая же, как вчера. Пойду направо и посмотрю, как глубока кроличья нора. Но в итоге пошел направо, осознанно.

По словам предпринимателя, в СИЗО у него «был честный спор с сотрудниками Следственного комитета относительно того, платил я налоги или нет».

— Я настаивал, что платил. Долго воевал с ними разными способами, писал жалобы. Я себя ужасно вёл, считая, что они злоупотребляют своими процессуальными правами и что они делают это незаконно. Я потом рассказывал подробно об этом тем, кто уехал из России. Они сказали, что если бы я вёл себя хотя бы на 3% так же в России, меня бы там просто убили.

Во время моего нахождения в СИЗО мне писала письма тётя — президент коллегии адвокатов одного из регионов России. Она попросила помочь президента белорусской коллегии адвокатов, и меня отпустили под залог. Но вины я не признал.

Неправильно, что в Беларуси или России можно применять меры пресечения, отличные от залога или чего-то ещё. Во всём мире все правоохранительные органы думают одинаково. Им везде мерещатся преступники, бандиты, всех надо посадить. Но в Америке их сдерживает суд. Если такого нет, начинается беспредел, который ничего хорошего для экономики не значит. У нас поняли, что от этого большой ущерб стране. Одна такая посадка стоит сотни миллионов долларов, и у нас это понимают.