В суде Московского района столицы, где слушается уголовное дело о лазерных указках, озвучили возможное наказание. Четверо обвиняемых, один из которых — директор ООО «Технократия» Дмитрий Конопелько, могут получить по пять лет заключения в колонии усиленного режима. Гособвинитель Роман Бизюк настаивает: в августе обвиняемые участвовали в массовых беспорядках, которых-то и не было.
В суде Московского района столицы, где слушается уголовное дело о лазерных указках, озвучили возможное наказание. Четверо обвиняемых, один из которых — директор ООО «Технократия» Дмитрий Конопелько, могут получить по пять лет заключения в колонии усиленного режима. Гособвинитель Роман Бизюк настаивает: в августе обвиняемые участвовали в массовых беспорядках, которых-то и не было.
Кроме Дмитрия Конопелько на скамье подсудимых Игорь Ермолов, Николай Сасев и Влад Корецкий. Все четверо, по мнению Бизюка, виновны в приготовлении к массовым беспорядкам (ч.1. ст. 13, ч.2. ст. 293) и «обучении или иной подготовке лиц для участия в массовых беспорядках, сопровождающихся совершением насилия над личностью, погромами, поджогами, уничтожением имущества или вооруженным сопротивлением представителям власти» (ч.3 ст. 293).
Председательствующей по делу судье Светлане Бондаренко предложили назначить каждому обвиняемому по 5 лет в исправительной колонии в условиях усиленного режима.
Коротко о том, в чём Бизюк посчитал вину доказанной:
Показания свидетеля Юрия Воскресенского о том, что по просьбе Ермолова он передал деньги на лазерные указки, признаны достоверными и убедительными.
Показания свидетеля врача-офтальмолога из госпиталя МВД Инессы Войтехович о том, что никакого вреда лазерные указки, которые были у обвиняемых, принести не могут, — по словам гособвинителя, не соответствуют показаниям судебно-медицинского эксперта Игоря Верлыго и могли быть скорректированы ввиду внутренних убеждений.
Адвокаты предложили суду оправдать обвиняемых за отсутствием состава в их действиях преступлений. Вот о чём говорили защитники:
Гособвинитель отреагировал на выступления адвокатов критикой их позиции. Приводим основные положения его реплики.
В обвинении и не прописано, что в Минске были беспорядки. Однако не было — ещё не значит, что не могло быть. Следовательно, речь можно вести именно об участии в массовых беспорядках.
Степень опасности лазерной указки «не имеет значения»: само слово «опасность» говорит за себя.
«Доводы стороны защиты, что если нет телесных повреждений, нет и насилия, не основаны ни на нормах права, ни на чём». Бизюк сослался на показания специалиста Государственного комитета судебных экспертиз Игоря Верлыго, который пояснил: при определенных условиях такие повреждения лазерной указкой нанести можно.
— Нас больше ничего не интересует, — активно жестикулируя, заявил Бизюк. — Если в данном случае причиняется насилие и в результате возможно причинение телесных повреждений, этого вполне достаточно, это способ применения насилия.
Когда речь идёт о приготовлении к совершению преступления, «не может быть ущерба». Сам выход обвиняемых на улицу говорит о наличии политической и идеологической вражды. Тот факт, что Конопелько не был знаком с Сасевым и Корецким, впервые увидев их вечером 9 августа 2020 года, «не является обстоятельством, исключающим группу». По мнению Бизюка, «группа — это совместная деятельность», а предварительный сговор возникает, как только лица принялись обсуждать совершение преступления. К слову, тот факт, что обвиняемые были малознакомы, и явился «движущей силой их сплочения для дальнейшего совершения преступлений».
Адвокаты отреагировали на реплику Бизюка в собственных выступлениях. Позиция защитника Дмитрия Конопелько, была наиболее убедительной. dev.by приводит выдержки.
— Да, Конопелько вставил три батарейки в три лазерные указки, взял лазерные указки и положил себе в рюкзак. Для чего он это сделал? Гособвинитель пытается нас убедить — для совершения массовых беспорядков. Но какие признаки того, что указки должны были использоваться именно для массовых беспорядков? Почему не сказать, что эти указки должны были использоваться для совершения акта терроризма? И почему бы не обвинить [Конопелько] в терроризме?
Можно выделить иерархию определенных противоправных действий:
Где доказательства, что Конопелько взял указку и намеревался принять участие в массовых беспорядках? И почему невозможно утверждать, что он собирался выйти в город, чтобы похлопать в ладоши и высказать своё недовольство результатами объявленных выборов?
Когда человек берет указку, необходимо назвать цель использования этой указки. Для массовых беспорядков цель — это поджог, погром, насилие, уничтожение имущество, вооруженное сопротивление.
Как с помощью указки, по которой есть заключение НАН, что она неспособна причинить вред, и пояснения специалиста, врача-офтальмолога, что вред от воздействия исключается, — сделать вывод, что Конопелько собирался совершать массовые беспорядки, которые не наступили и не могли наступить, потому что их признаков не было?
Если указка не способна причинить насилие ни в каком виде и не способна быть использована в вооруженном сопротивлении, нельзя говорить, что человек собирался совершать массовые беспорядки.
С таким же успехом можно сказать, что человек, взяв в руки карандаш, собирается совершать массовые беспорядки или акт терроризма, закончил свою речь защитник.
28 мая обвиняемые выступят с последним словом. dev.by следит за развитием событий.
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.
Безобразие
Адмокаты молодцы, сражаются с этим маразмом.
"Не было — ещё не значит, не могло быть", "Сам выход обвиняемых на улицу говорит о наличии политической и идеологической вражды". С такой логикой скоро к тройкам ЧК докатится...