Когда мне было девять лет, я очень увлеклась макияжем. Родители поддержали мой интерес, и вскоре у меня появилась репетиторка. Именно через это хобби я постепенно нашла своё призвание.
Сейчас мне 20. Я учусь на втором курсе одного из топовых бельгийских университетов и развиваю собственный beauty-tech стартап.
Расскажу, как детское хобби может повлиять на выбор будущей профессии и почему макияжу нужна автоматизация.
Кто рассказывает: Лилия Богдан, студентка KU Leuven и фаундерка Virtue Glow.
«Всё началось с моего интереса к макияжу»
Моё увлечение химией началось с макияжа. Мне было девять лет, когда я захотела научиться делать профессиональный мейкап. Родители меня поддержали и нашли мне репетиторку.
Довольно быстро я научилась хорошо делать макияж, и в какой-то момент мне стало интересно: почему в одних случаях всё получается, а в других — нет? Чаще всего это было связано с состоянием кожи. Например, с акне.
Так мне стало интересно, что такое кожа с биологической точки зрения, как появляется акне, как оно работает. Так я начала изучать биологию. Но невозможно хорошо понимать биологию без химии. Поэтому я поступила в лицей БГУ на химико-биологический профиль.
Но мне всегда было интересно что-то чуть большее. У меня довольно хорошо получалась математика. И ещё я хотела глубже разобраться с физикой, потому что мне не хватало физических знаний, чтобы понимать, что такое цвет и как свет влияет на восприятие макияжа.
В 11 классе мы с семьёй переехали в Польшу, и я поступила в польскую школу на специальную IB-программу — это последние два года старшей школы на английском языке, где можно самостоятельно выбирать предметы. Там я взяла биологию, математику и бизнес.
Можно сказать, я настоящая визажистка-учёная.
Virtual Glow: от макияжа к технологиям
Я всегда смотрела на макияж как на сочетание химического компонента — какой-то краски, которая находится на поверхности кожи и как-то взаимодействует с ней.
И мне стало интересно: что будет, если отделить визуальную часть макияжа от его физического компонента? Макияж можно заменить фильтрами. Но это довольно узкая идея.
Во внешности есть определённое бытовое назначение. Например, когда мы в Google Meet или на других созвонах, нам почти всегда нужно за 15 минут произвести хорошее впечатление. Потому что это часть профессионального этикета.
Но не всегда есть подходящие условия. Отсюда возникла идея проекта Virtual Glow.
Это персонализированные фильтры для онлайн-звонков, чтобы человек мог выглядеть привлекательно и профессионально независимо от условий. Наша задача — сделать полный аналог мейкапа, но онлайн. Это может быть, например, макияж для созвона с технической командой — более спокойный и серьёзный. А может быть макияж для презентации — что-то более заметное и персонализированное.
Пока мы работаем над MVP. Планируем развивать B2C-модель для конкретных пользователей. Также рассматриваем партнёрства. Например, с эстетическими клиниками. Потому что мы понимаем: люди, которые только что сделали определённые процедуры — например, пилинг или лазерную шлифовку, — имеют очень чувствительную кожу. Они не могут использовать физический макияж. И здесь мы идеально помогаем.
Наш главный конкурент — Google. Они запустили похожую технологию, и технически она выглядит хорошо: это уже не фильтр десятилетней давности, он довольно реалистичный. Но проблема в образах, которые они предлагают. Там всего 12 версий, все — для светлокожих женщин. И они довольно яркие для офиса. А мы хотим делать более кастомные решения.
Мы планируем разработать приложение, которое в один клик подключается к Zoom, Teams, WhatsApp, Instagram и другим платформам, работающим с десктопа. После этого оно будет всегда обрабатывать видео с фильтром и подобранным для вас макияжем.
Мы запустились буквально пару месяцев назад и сейчас работаем над MVP. Но недавно выступали на топовой конференции как один из самых перспективных бельгийских AI-стартапов. Мы ещё очень молодые, но нас уже замечают.
Бьюти-индустрии не хватает автоматизации
В бьюти-индустрии нет большой автоматизации. Я не говорю о творческой части или R&D. Скорее — о том, как мы пользуемся косметикой. Например, мы всё ещё просто вот так наносим крем. У нас нет никакой магической кнопки, которая за три минуты сделает нам полноценный уход. Не существует роботов, которые делают нам маникюр.
Поэтому я хочу сделать нечто похожее, но с макияжем. Мне кажется, это именно та зона, где сочетание технологий и бьюти действительно будет расти. Пока это очень маленькая ниша, но я в неё очень верю.
Это просто имеет смысл. Зачем выбирать: либо я сегодня буду хорошо выглядеть, либо я сегодня больше посплю? Если я могу и поспать, и выглядеть так, как сама хочу.
Первый коммерческий проект — в 15 лет
В школе я делала научно-практическую работу: исследовала, как косметика влияет на pH кожи и эпидермальный барьер. И выяснила, что очень много косметики всё ещё производится по рецептам, которым, условно, тысячи лет. Многие косметические средства на самом деле могут вредить барьеру, а не улучшать его.
Тогда я решила сделать тест-набор для косметики. Он должен был тестировать конкретный состав на конкретной коже: действительно ли после использования продукта pH улучшается или, наоборот, ухудшается.
Я особо не думала о маркетинге и продажах — как все учёные. Просто запостила объявление о наборах в Instagram. И с поста с пятью лайками у меня было 30 продаж.
Тогда мне показалось, что это очень плохо, и я решила, что буду работать над другими идеями.
Почему KU Leuven
После школы я поступила в KU Leuven на программу инженерных технологий и сейчас учусь на втором курсе бакалавриата. Я довольно прагматично подходила к поступлению, потому что мне было важно собрать для себя эту систему.
Я смотрела только топовые университеты и хотела учиться на STEM-специальности. KU Leuven идеально подошёл, потому что у них была эта программа на английском языке на уровне бакалавриата.
Стипендий, к сожалению, нет. Но само обучение не слишком дорогое. Когда я поступала, кажется, это было около 7,5 тысячи евро в год. И программа длится всего три года.
«Поступить несложно. Учиться — сложно»
В бельгийских университетах простая политика: поступить туда может фактически каждый, но учиться очень непросто.
Как выглядит учёба? Я бы сказала, что, как и во многих университетах, есть ожидание, что студенты много работают самостоятельно, вне занятий. Но и самих занятий в расписании может быть 30–35 часов в неделю. Это только то, что стоит в расписании.
И ещё от тебя ждут, что на каждый час в расписании нужно примерно час поработать самостоятельно. Так и получается: чтобы успевать по программе на хорошем уровне, нужно посвящать учёбе 45–60 часов в неделю.
На международной программе нас около 300 человек. И ещё, кажется, 100–150 человек учатся на нидерландскоязычной программе.
У нас много совместных проектов, и это классно. Со мной учатся люди из 100 стран со всего мира. Мы учились в разных системах, изучали разные предметы. Поэтому часто получается очень интересная комбинация идей. Кстати, сложностей в коммуникации скорее нет.
Но часто, когда мы работаем над проектом, может не хватать консультаций от преподавателей. Можно записаться на офлайн-встречу раз в неделю, а на письма они не особенно отвечают.
И мне кажется, это типичная ситуация для университетов. Не хватает ресурсов, чтобы помогать каждому студенту индивидуально.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Что ещё почитать про стартапы:
- Google Meet для сердца. Беларус придумал бесплатный опенсорсный инструмент, который делает кардиограмму;
- «Думал, что мы договорились!». Предприниматель рассказывает, как из проблемы создал новый проект;
- Прижало, а туалета рядом нет? Разработчик сделал Telegram-бот с картой общественных туалетов;
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.