Ксения работает в ИТ-офисе в Центральной Европе. Она востребованный специалист, ей постоянно пишут рекрутеры. Но часто у неё нет сил просто встать с кровати.
Арсений до сих пор благодарен известной аутсорс-компании в Беларуси за подход в период острой фазы.
Ксения работает в ИТ-офисе в Центральной Европе. Она востребованный специалист, ей постоянно пишут рекрутеры. Но часто у неё нет сил просто встать с кровати.
Арсений до сих пор благодарен известной аутсорс-компании в Беларуси за подход в период острой фазы.
Две истории о том, как живут и работают с депрессией.
— Однажды мой разработчик пропал на неделю. Клиент поднял тревогу: «Он вообще не трекается». Разработчику стали звонить, он не снимал трубку. Потом вышел на связь: «Я не мог ничего делать, мне было плохо», — написал он. Увы, я одна могла понять, что творилось с человеком, а главное — я хорошо знала, каково быть в глубокой депрессии.
Мне поставили диагноз в 2017 году. Болезнь проявилась в связи с переездом в другую страну и проблемами с поиском работы. Если я забывала принять таблетку антидепрессанта — то уже на следующий день не могла даже встать с постели.
С депрессией тяжело даже существовать — не то что работать. Мои коллеги из ИТ после работы бегают полумарафоны, а моя энергия уходит на то, чтобы просто дойти до дома, скинуть одежду и не забыть покормить котов. Иногда нет сил просто приготовить еду. По всей квартире — открытые крекеры, орешки. Если бы не хорошие зарплаты в ИT, не представляю, как могла бы позволить себе такой образ жизни — c ежедневной доставкой.
В общем, дойти до офиса — это как полететь в космос. Но работать как-то надо, ведь без денег не прожить.
Сейчас я живу в Центральной Европе — здесь нормально уходить на больничный по состоянию психического здоровья. Конечно, работодатели такое не любят — иногда люди уходят на полгода, всё это время невозможно закрыть позицию. Но менеджеры относятся терпимее: оба моих (один из Ирландии, другой — из Чехии) нормально приняли, что мне нужно было на 8 недель уйти на больничный, чтобы перейти с одних таблеток на другие — смена препарата сопровождается сильными побочками: дикая усталость, паника, суицидальные мысли.
А вот в Беларуси мне не предлагали больничный, хотя ставили депрессивное расстройство средней тяжести плюс СДВГ. Врачи говорили: «Начните с малого. Сегодня почистите зубы или примите в душ, а завтра сходите в офис — и отправьте два имэйла». Но моему работодателю не нужно, чтобы я отправила два письма — ему нужно, чтобы я закрыла задачу.
На каждом месте работы я стараюсь выбить для себя особые условия: например, в одной компании сотрудники приходили в офис к 9:00 — а у меня было негласное разрешение появляться после 11:00.
Если нужно репортить, что сделал за день — это тоже не для меня. Бывают дни, когда мне абсолютно нечего написать. В это время я живу с огромным чувством вины, что вот уже день, неделю или даже месяц не работаю эффективно — и вообще почти ничего не делаю.
Для меня очень важно, чтобы в компании меня как человека рассматривали вместе с моими «уязвимостями». И да, обычно я рассказываю руководству про свою болезнь, потому что невозможно каждый раз притворяться, что вот этот очередной «косяк» — случайность.
На признание реагируют по-разному.
В своё время был конфликт с ресурсным менеджером, он следил за отработкой времени — в его глазах я была «лентяйкой» и «прогульщицей». Пыталась ему всё объяснить, но он посчитал меня симулянткой. Тогда я пошла к руководителю компании, и он сказал: «Ну, вы двое взрослых людей, если не можете договориться — то не разговаривайте друг с другом, просто делайте свою работу». И с того дня тот менеджер здоровался в офисе со всеми, кроме меня.
Сейчас я работаю в очень большой компании: только в моём городе офис на несколько тысяч человек, — а в других странах ещё больше, почти как в Google или в Revolut.
Строгого мониторинга у нас нет — такие вещи всегда уточняю на собеседовании. У каждого менеджера по 30+ человек в подчинении. За всеми не успевают следить, и это единственное, что меня спасает, кажется. Если в плохую неделю я работала всего 5-10 часов, этого никто не замечает. Я могу выползти в офис к 18:00, ткнуть пропуском — в системе будет отмечено, что появлялась на работе.
В каждой компании я работаю по году, а дальше ухожу. Иногда — из-за чувства вины, что не так эффективна, как хотелось бы всем вокруг. А иногда хочется нового старта.
Когда очередная чёрная полоса в моей жизни заканчивается, я надеюсь, что жизнь пойдёт по-другому. Говорю себе, что попытаюсь продержаться на новом месте дольше, буду продуктивней. Хочу верить, что в другой компании будут больше заботиться о людях, никто не будет отпускать колких замечаний по поводу моего отсутствия на созвоне (и да, меня не было, потому что всё утро я боролась с суицидальными мыслями).
В итоге меня неплохой LinkedIn, и мне часто пишут рекрутеры из Германии, Австрии, Ирландии. Я блестяще прохожу интервью и получаю офферы, — и технические, и софт-скилы у меня на высоте (и в свои лучшие времена я крутой специалист).
Говорю, что мне хочется расти, заниматься более серьезными проектами — и рекрутеры верят: смена команд каждый год в моём CV выглядит очень логичной, для них я просто амбициозна.
Но на самом деле моя цель — продержаться в компании 3-4 года, а потом уйти к конкуренту и получать ещё больше.
Я слушала один подкаст, в котором давали советы, как вырасти в корпорации: сначала следует долго работать на 20% от своего потенциала, затем начать работать на 50%, а потом на 80%. Мол, вот какая я молодец, как эволюционировала — повысьте меня или давайте мне другую роль. Так что я иногда себе так говорю: «Я сейчас работаю на 20% — но я ещё себя покажу!»
Арсений* рассказывает, что у него депрессивные эпизоды — с 15 лет, «тяжёлые времена сменяются просветами».
— Однажды пришлось лечь в больницу, потому что ситуация была критической.
Мой руководитель и менеджер к этому нормально отнеслись, — и сделали всё, чтобы поддержать. Когда спустя время пришлось вернуться к работе, моя продуктивность, естественно, была так себе.
Я даже решил, что своему руководству я «такой» не нужен. После больницы сходил на собеседование в другую компанию и вернулся к своим с оффером. Но мне сказали: «Ты для нас важен. Посиди пока на бенче».
Полгода где-то и мой руководитель, и менеджер закрывали глаза на просадку по моему перформансу, хотя сам я видел, что там всё плохо. Работал, может, часа четыре в день. Бывали дни, когда у меня не было даже желания вставать с кровати, но были и просветы — и так я балансировал.
Кстати, если вы хотите знать, как работать в состоянии клинической депрессии, то мой ответ: лучше не работать вообще — взять продолжительный отпуск. Я сам провел три недели в больнице — и потом отдыхал ещё месяц. Дальше стало лучше: спустя полгода острая депрессивная фаза завершилась, моя производительность выровнялась.
Но я сделал ошибку, почувствовав, что мне лучше. Стал больше погружаться в работу и высадил батарейку буквально за пару месяцев. Поэтому мой совет людям в таком состоянии — понимать, что ваш ресурс конечен. Выделить (условно) 4 часа на работу, затем понемногу прибавлять. Когда я стал работать по своему плану, но без лишних подвигов, снова смог постепенно поднять свою производительность.
Что ещё: я бы хотел, чтобы все знали, что работал я в то время в IsSoft. Я очень благодарен этой компании за то, что ко мне отнеслись по-человечески.
* Имена спикеров изменены по их желанию.
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.
"Мои коллеги из ИТ после работы бегают полумарафоны, а моя энергия уходит на то, чтобы просто дойти до дома, скинуть одежду и не забыть покормить котов. "
если депрессия вызвана недостатком дофамина при ADHD, то именно полумарафоны от неё спасают, а не наоборот. Т.е. через силу начать чтото делать, втянуться и потом полно энергии. Но для начинающих это не работает, надо регулярно.
Проблема депрессии как заболевания - из неё невозможно выйти самостоятельно. У человека просто нету сил ничего делать, стрессоустойчивость в острой фазе равна нулю. То есть «заставить себя» он не может. Нету бензина, чтобы доехать до заправки. Поэтому пациента загружают антидепрессантами и когда происходит нормализация, как бы учат жить по новому, чтобы сформировалась устойчивая модель психики и поведения. Вот в этой фазе уже можно и зал, и спорт и прочее. Но пока антидепрессанты моторчик не завели - всё пустое и может сделать лишь хуже.
для большинства это совет примерно эквивалентен выстрелить себе в голову, чтобы стало еще хуже.
при чем здесь дофамин, если большинство антидепрессантов действуют на обратный захват серотонина, тоже не очень понятно. АД СИОЗ для дофамина уже есть, но они много где запрещены из-за побочки и привыкания.
Причины депрессии бывают разные. Я пишу только про депрессию из-за недостатка дофамина при ADHD, а это тоже весьма распространенная штука в среде ИТ. И предлагаю для этого реально рабочий вариант нормализации жизни без существенных побочек.
вообще-то депрессия и СДВГ вещи совершенно разные. хотя антидепрессанты назначают в обоих случаях для стабилизации настроения и состояния. о том, что причины СДВГ в недостатке дофамина, я еще не читал. насколько помню, это наследственно/врожденное и он купируется, но не лечится
в общем и целом, если у вас есть силы вставать, ходить в зал, бегать, то это опредленно не тяжелая депрессия. для тяжелого течения заставлять себя бегать - делать себе хуже.
Пользователь отредактировал комментарий 14 декабря 2025, 01:25
Отмечаться на работе, не работать, получать зарплату- ну а что, жить же надо за что-то… отличная логика паразита.
Но зато релоцировались!!!
С депрессией гораздо проще бороться, когда находишься в демократической стране с рыночной экономикой и высоким уровнем жизни, а не в качестве бесправного раба нищего ментовского курятника. Видели мы как выглядят люди после нескольких лет мусорских пыток в беларуских концлагерях.
Пользователь отредактировал комментарий 14 декабря 2025, 17:58
скажи честно, по традиции какнул немножко в штаны, когда писал всю эту релоботскую чушляндию ни о чем?)
а по факту вся эта релопропаганда еще много психик искалечит, судеб сломает и жизней заберет. релоботам на ставке есть чем гордиться.
Пользователь отредактировал комментарий 14 декабря 2025, 22:00
Непонятны HR-ы, гоняющиеся за "амбициозными" людьми со сроками перехода на новое место в год. На что они рассчитывают?