CTO SOFTSWISS — зачем он собирает Tech Race Summit в Варшаве
Support us

«Тревожность словила». Как беларуске работается в украинском коллективе

Поговорили с беларуской, которая работала фронтэнд-разработчицей во Львове и из-за войны переехала вместе с украинскими коллегами в Краков.

Оставить комментарий
«Тревожность словила». Как беларуске работается в украинском коллективе

Поговорили с беларуской, которая работала фронтэнд-разработчицей во Львове и из-за войны переехала вместе с украинскими коллегами в Краков.

Маша* начинала карьеру разработчицы в Минске, а затем переехала во Львов. C 2021 года она работает на позиции Frontend Developer в крупной международной аутсорсинговой компании DataArt. Начинала в одном из украинских офисов, но с началом войны её со многими местными коллегами релоцировали в Краков.

 Украинский коллектив в Польше

— Думаю, среди моих коллег сейчас по-прежнему больше украинцев, чем поляков. Польские офисы компании появились позднее украинских, да и в целом в польских ИТ-офисах сегодня много релокантов из постсоветских стран. Хотя, конечно, есть у нас и поляки. Есть ещё и белорусы, и россияне (до войны у нашей компании были офисы в России, а в Беларуси не было). Достаточно много и тех, и других, хотя меньше, чем украинцев.

Компания DataArt со штаб-квартирой в Нью-Йорке была основана в 1997 году одним из создателей Mail.ru российским эмигрантом Евгением Голандом. В 2007 году у DataArt появились офисы в Харькове и в Херсоне, позднее — в Киеве, Днепре, Одессе, в 2014 году — во Львове. Офисы DataArt открылись также в Польше, Аргентине, Латвии, Болгарии и других странах.

Ещё в 2008 году Евгений Голанд рассказывал, что не любит работать в России. После начала полномасштабного российского вторжения в Украину в 2022 году DataArt ушла из РФ. Её российский центр разработки был продан и сменил название на ITentika.

По данным reveliolabs, в конце 2025 года в DataArt работало почти 6 тысяч сотрудников.

Моя довоенная работа в Украине была очень комфортной. Даже комфортнее, чем в Беларуси. Мне кажется, что это было лучшее время в ИТ. Но это связано и с тем, что мой личный уровень как специалиста к тому времени вырос, я чувствовала себя увереннее.

Львов. Фото: Nico Benedickt, Unsplash

Когда я, живя во Львове, в 2021 году устроилась на работу в DataArt, коллеги-украинцы в офисе были максимально дружелюбны и приветливы. Были там и беларусы, хотя в разы меньше. Я вспоминаю то время как счастливое.

Разные ситуации

После начала войны и релокации в Польшу для меня отношения с коллегами особо не изменились. В компании запрещена какая-либо дискриминация, и я лично с таким не сталкивалась. Однако в общих чатах на вебинарах от кого-то из сотрудников могло проскочить что-то вроде такого: «Будем ли мы разделять команды на проектах с коллегами из РФ и из Украины, чтобы они не соприкасались?» Это было в 2022 году, когда люди ещё были разгорячёнными.

Но руководство ясно давало понять, что никакой дискриминации по национальному признаку мы не поддерживаем и таких практик не будет. Впрочем, именно по отношению к беларусам я такого и не слышала. Больше было неприязни в сторону россиян. Сейчас такого уже нет. Не так давно я работала с миксом коллег из трёх постсоветских стран, и у нас была очень дружная команда.

Отношение ко мне как к беларуске со стороны руководства и коллег не изменилось. Руководство напротив, всячески помогало. Помогло с самой релокацией, поддержало бонусами из-за вынужденной релокации. За это компании большое спасибо. Информации, ресурсов, нужных людей, чатов — всего этого тоже было достаточно.

Краков. Фото: Jakub Tomasik, Unsplash

Я считаю, что не ошиблась с компанией в своё время, потому что слышала и об обратных ситуациях. Мой бывший парень работал в Украине в крупной ИТ-компании. Когда началась война, все государственные банки Украины заблокировали карты  россиянам и беларусам, проживающим на территории Украины без постоянного вида на жительство. Они не могли снять деньги, вообще потеряли к ним доступ.

И в компании моего бывшего ему так и сказали: крутись как хочешь.  Можем релоцировать тебя в Мексику. Мы рассматривали вариант с Грузией, но там у них не было офиса, и зарплату в Грузию они тоже выплачивать не могли. А в Польшу мы не релоцировали. Хотя в Польше офисы у них были, просто они были перегружены людьми. 

Всё это было очень нехорошо в нашей ситуации. Мексика нам не подходила, там у моей компании не было офиса. Я думаю, они могли бы как-то посодействовать, исходя из сложившейся ситуации. Оформить его в Польше как удалёнщика, например… Но нет. На мой взгляд, они отнеслись так себе. Он потом вынужден был уволиться из этой компании. 

Работа и война

Не скажу, что с началом войны наша работа как-то принципиально изменилась. Разве что стало меньше проектов. Из-за всей этой ситуации клиенты не очень хотели работать с сотрудниками из постсоветского пространства, особенно если они находятся в горячих точках. Впрочем, я помню, что очень долго искала проект прямо после начала войны уже из Польши. Возможно, наложился кризис в ИТ в целом. В ковидные времена многих нанимали «про запас», и это тоже повлияло на ситуацию. Из двух факторов, уменьшивших спрос, война, возможно, даже не ключевой.

Сама война, конечно, повлияла на психику многих моих коллег. Я вот тоже тревожность словила, на антидепрессантах после всего этого. Но на работе это не должно отражаться. А иначе никак. Без продуктивности и роста не выжить в наше время. Чтобы справляться, стараюсь просто качественнее отдыхать и меньше читать новости. Мне кажется, что кому-то и работа помогает отвлечься.

Некоторые украинцы до сих пор работают из Киева. Да, они стрессуют, но справляются. Есть у нас один такой коллега, тоже фронтенд, и не могу сказать что он не продуктивен. Хотя, кто его знает, каким специалистом он был до войны. Наверное, ещё круче.

Жилое здание в Киеве, разрушенное российским ракетным ударом. Январь 2024 года. Фото: Dmytro Tolokonov, Unsplash

Какого-то напряжения между беларусами и украинскими коллегами я не чувствую. Всё позитивно.


* — имя рассказчицы изменено по её просьбе

«Проживаю эту войну вместе со всеми». Разработчица уехала во Львов ещё до всего — и остаётся
«Проживаю эту войну вместе со всеми». Разработчица уехала во Львов ещё до всего — и остаётся
По теме
«Проживаю эту войну вместе со всеми». Разработчица уехала во Львов ещё до всего — и остаётся
«В ИТ-офисах — мощные генераторы. Если что там можно даже жить с семьёй». Рассказ из замерзающего Киева
«В ИТ-офисах — мощные генераторы. Если что, там можно даже жить с семьёй». Рассказ из замерзающего Киева
По теме
«В ИТ-офисах — мощные генераторы. Если что, там можно даже жить с семьёй». Рассказ из замерзающего Киева
Читайте также
«В Польше со мной даже не разговаривали». Как разраб искал работу за границей, находясь в Беларуси
«В Польше со мной даже не разговаривали». Как разраб искал работу за границей, находясь в Беларуси
«В Польше со мной даже не разговаривали». Как разраб искал работу за границей, находясь в Беларуси
А вы знали, что сейчас разработчику из Беларуси сложнее найти работу в Польше, чем в Нидерландах? Говорю из своего опыта: в Польше рекрутеры не хотели даже разговаривать со мной, когда узнавали, что у меня нет разрешения на работу. А в Нидерландах я хотя бы проходил дальше на собеседование. Похоже в Польше сегодня разрешение на работу важнее навыков и стека. 
28 комментариев
«Проживаю эту войну вместе со всеми». Разработчица уехала во Львов ещё до всего — и остаётся
«Проживаю эту войну вместе со всеми». Разработчица уехала во Львов ещё до всего — и остаётся
«Проживаю эту войну вместе со всеми». Разработчица уехала во Львов ещё до всего — и остаётся
Виктория* переехала во Львов девять лет назад — просто потому что понравился город. За несколько месяцев до большой войны устроилась фронтендером в местный офис. Сегодня она в том же городе и в той же компании: «Я выбрала жить и работать в Украине».
«Это другое». Почему ING отказался рефинансировать ипотеку для семьи беларусов
«Это другое». Почему ING отказался рефинансировать ипотеку для семьи беларусов
«Это другое». Почему ING отказался рефинансировать ипотеку для семьи беларусов
Семья беларусов хотела рефинансировать ипотеку в Польше по выгодной ставке, но все это вылилось в семь недель ожидания, потерю выгодных условий и бюрократический тупик. Историю рассказывает Złoty Dzik.
2 комментария
«Наем в польском Google сломан». Прошел собесы — и застрял (похоже, навсегда)
«Наем в польском Google сломан». Прошел собесы — и застрял (похоже, навсегда)
«Наем в польском Google сломан». Прошел собесы — и застрял (похоже, навсегда)
Уже почти год как Михаил пытается попасть в варшавский офис Google. Он прошел все этапы и встал «в очередь» из успешных кандидатов. Осталось дождаться подходящей вакансии и понравиться менеджеру на 30-минутном звонке. И тут оказалось, что не все так просто. 
11 комментариев

Хотите сообщить важную новость? Пишите в Telegram-бот

Главные события и полезные ссылки в нашем Telegram-канале

Обсуждение
Комментируйте без ограничений

Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.

Комментариев пока нет.