25-летняя учительница польского языка, недавно ставшая системным инженером в EPAM, Дарья выпустила книгу о «коллективном» опыте миграции. Она так и называется — «Я/Мы Эмиграция», и в ней рассказывается обо всём, что хорошо известно каждому релоканту.
25-летняя учительница польского языка, недавно ставшая системным инженером в EPAM, Дарья выпустила книгу о «коллективном» опыте миграции. Она так и называется — «Я/Мы Эмиграция», и в ней рассказывается обо всём, что хорошо известно каждому релоканту.
Dzik поговорил с девушкой для проекта Тамтэйшыя.
Дарья переехала в Польшу в 18 лет — сейчас ей 25. Говорит, родители сказали ей в 11 классе, что пора уезжать. С подачи самой Даши думали про Чехию, но оказалось, что репетитор по чешскому в её родном Могилёве «очень дорогой». Последний год в школе Дарья ходила в местный «Польский дом». После 8-9 месяцев такого погружения в язык девушка сдала экзамен на B2 и приготовилась к переезду.
Но оказалось, что сдать экзамен и действительно владеть языком — две большие разницы. «Помню, когда только начала учиться в университете, ко мне подкатывал мальчик-поляк. Однако он шепелявил и картавил, и я сразу сказала, что без шансов, я его не понимаю», — признаётся Дарья.
Сначала беларуска поступила в люблинский университет имени Склодовской-Кюри на политологию — по конкурсу для иностранцев без польских корней, которые хотят учиться бесплатно. Потом перевелась в Познань по программе мобильности студентов «Мост» и через некоторое время снова вернулась в Люблин, чтобы закончить образование.
Так с тех пор тут и живёт, сдала польский на C2 и разговаривает почти без акцента. Уже шесть лет Дарья занимается частной практикой: преподаёт польский язык как иностранный.
«Даже если бы мне пришлось жить в коробке под мостом, я бы всё равно преподавала языки», — говорит она. Началось с того, что в 2020 познакомилась в автобусе с женщиной, которая оценила речь Дарьи и попросила давать ей уроки. К тому же уже был опыт — преподавала русский как иностранный для поляков.
Среди её учеников хватает айтишников, она хвалит их за дисциплину и организованный подход к обучению: «Да, айтишники не всегда мотивированы изучать польский, потому что в основном работают на английском. Но если они всё же доходят до занятий, то сделают всё „по полочкам“: распечатают, подчеркнут, разложат по файликам».
С недавних пор Дарья тоже айтишница — три месяца назад она устроилась в EPAM как Junior System Engineer. Как? Просто решила в один момент, что было бы хорошо «войти в айти». Тем более что у неё уже был небольшой опыт работы QA, в 2022-м работала над проектом по созданию учебника в электронном формате.
Где-то год искала первую работу в расслабленном формате — и теперь работает «по этату». Шутит, что всем фрилансерам стоит попробовать хоть раз в жизни работу «в штате», — очень расслабляет. Например, какое-то время Дарья думала запустить свою школу польского и даже наняла сотрудников. Однако столкнулась с большим количеством ответственности и работы. А вот на UoP всё оказалось просто — приходишь в 8, уходишь в 17.00, и после у тебя даже есть несколько часов на частную практику по преподаванию польского.
Просто не было особого выбора, говорит Дарья: в 2018-м в Польше не было так много русскоязычных мигрантов.
«Если хотела подстричь кончики волос, нужно было сказать это на ломаном польском. Если надо было отремонтировать розетку, приходилось учить названия терминов, — вспоминает Дарья. — Причём не всегда разговариваешь с молодым человеком, которого легче понять. Иногда это пожилой пан, который приходит и что-то там себе бормочет под нос, а тебе ещё нужно ему объяснить, что требуется сделать».
Помогала языковая практика в университете, вокруг Дарьи в основном были только польские студенты. Однокурсники, по её словам, относились с пониманием. «Иногда я им через 15 минут разговора говорила, что «уже устала», и они говорили «ну хорошо, завтра закончим этот разговор», — смеётся Дарья. — Все говорили «не переживай» и старались объяснить, чтобы я всё поняла.
Как я писала в своей книге, в какой-то момент надо просто принять, что ты локальный шут. Когда ты сам начинаешь над собой смеяться, то перестаёшь бояться сделать ошибку. «Такой я дурачок, и что вы мне сделаете».
Однако, подчёркивает Дарья, у неё с самого начала была задача — влиться в польское сообщество, именно ассимилироваться. Не каждый этого хочет. «Наверное, беларусы начнут бросаться в меня тапками, но для меня это значило «слиться с местной толпой».
— В чём разница ассимиляции от интеграции? Если ты интегрируешься, то просто перенимаешь разные вещи, что вот так они работают в новой стране. Но при этом оставляешь и что-то своё. В 2018-м мне было легко отказаться от части такого вот «своего». Потому что если тебе 18 и ты переезжаешь из русифицированной Беларуси, то в общем-то ничего не теряешь. Теперь, конечно, это изменилось, и мне очень важно сохранять различные беларусские штучки. Например, у меня парень поляк, и я ему иногда говорю, что «в этом доме мы не делаем по-польски, делаем по-беларусски».
На самом деле Дарья давно думала написать книгу. Долгое время ей казалось, что это — только для исключительных людей. Однако чем больше Дарья работала с мигрантами, тем чаще слышала от них рассказы об одних и тех же вещах. И постепенно она начала их записывать.
Последней каплей стал случай в ужонде год назад: Дарья спросила у ужондника, можно ли как-то упростить процесс «умейсцовения», потому что она не может собрать необходимые бумаги. В ответ ужондник посмотрел на иностранку, которая говорила на чистом польском, и громко произнёс по-русски: «Вам нужна… БУМАГА».
Дарья подошла к задаче с книгой как к изучению польского: разложила процесс миграции на этапы, с которыми, вероятно, сталкиваются все мигранты независимо от страны.
Вполне вероятно, что во многих главах книги «Я/Мы Эмиграция» вы узнаете свой опыт. Например, автор объясняет там разницу между «уехать из Беларуси» и «приехать в Польшу»; упоминает, как страшно начать разговаривать — и даже когда ты уже научился, то продолжаешь молчать по привычке; рассказывает о борьбе между жизнью на чемоданах и простым человеческим желанием приобрести красивый бокал и так далее. Нашлось место и описанию бюрократического ада, визитов к врачам, кризисов в семейной жизни, билингвизме маленьких детей и даже работе на заводе.
А между этими темами — иллюстрации. Потому что «взрослым книгам тоже нужны картинки».
Однако, конечно, несмотря на общие паттерны, опыт миграции у каждого свой.
Так, Дарье однажды написала женщина, которая переехала из местечка в Беларуси в Минск во взрослом возрасте, с детьми. И все эти трудности — сложности с поиском врачей, слова «что вы сюда все лезете» — она уже пережила в Беларуси, и поэтому Варшава её не удивила.
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.
Тоже хочу себе стильно брови побрить.
Теперь понятно зачем увольняли пачками нормальных инженеров.