+1 инфоповод про онлайн-казино — Google снимает запрет на рекламу азартных игр в Беларуси в январе 2026. То есть можно ожидать, что рекламы азартных игр в нашей стране станет ещё больше. Хотя, казалось бы, куда больше?
+1 инфоповод про онлайн-казино — Google снимает запрет на рекламу азартных игр в Беларуси в январе 2026. То есть можно ожидать, что рекламы азартных игр в нашей стране станет ещё больше. Хотя, казалось бы, куда больше?
Рекламы онлайн-казино на улицах и в интернете так много, что она стала раздражителем № 1 у беларусов — жалуются почти 86% участников опроса МАРТ (даже реклама алкоголя бесит людей меньше). А тематический ресурс Sportclan обнаружил активную ссылку на онлайн-казино в совсем уж неожиданном месте.
Говорит ли засилье рекламы онлайн-казино и букмекерских контор о том, что беларусский игорный бизнес процветает? Похоже на то.
Во всяком случае такой вывод напрашивается из длинного-длинного ютуб-повествования экс-руководителя ИТ-отдела «Бетеры» (50+ человек на момент увольнения в 2024) Андрея Дуниковски. Тот пришёл в компанию в 2020 году, когда та ещё была «Париматчем», и проработал в ней 4,5 года. В конце 2025-го он залил в ютуб 7-часовое видео (157 тысяч просмотров, 1000+ комментариев) — в основном про «нутрянку» работы в отдельной компании (жанр на любителя), но также дающее представление о гэмблинг-индустрии в целом. Вот какие (возможно, неглавные) поинты мы почерпнули из того, что осилили.
«Я пытаюсь сказать, что с 2022 на 2023 год, очевидно, Беларусь обеднела, разработчиков сбежало ещё больше, ИТ сбежало ещё больше, а „казик“ вполне шикарно стал себя чувствовать. Чем беднее становится общество, тем больше у человека появляется азарт и, скажем так, сделать „додепчик“. А агрессивная рекламка тут как тут. Особенно если мы говорим про Беларусь, где „казик“ разрешён. Поэтому „Бетера“ стала лихо подниматься. Реклама попёрла из всех щелей. Народ попёр депать со страшной силой» — 2.12.26.
«Как работает банальный баннер? Предположим, возле завода с работягами стоит здоровенный билборд, на котором нарисован стильный мачо-ковбой в шляпе, и он стильно курит «Мальборо». Казалось бы, что до этого работягам? Хочешь — кури, не хочешь — не кури. […] В один день работяга вышел с завода в хорошем настроении — даже не глянул на этот билборд. […] Но, допустим, случится такое, что день не задался. Работяга выйдет печальный, в меланхоличном настроении, посмотрит на этот шикарный билборд и подумает:
«Дай закурю. На это и расчёт, и с этого всё начинается». […] Так вот, казик — то же самое, и эти все билборды — то же самое. Дай депну на удачу — ничего ж не будет».
Сам автор видео пришёл в igaming после того, как его сократили в аутсорсе, сотрудников в ИТ-отдел он привлекал, напирая на стабильность в кризис.
«В айтишном отделе я объяснял так, что, мол, ребята, между нами мы все понимаем, что такое „казик“, но мы разрабы и нам нужна работа. А в „казике“ она стабильная, завтра никого не выгонят. Ну, просто потому, что деньги есть. Учитывая то, что большинству [надоело] скакать в аутсорсе с проекта на проект, когда он закрывается или ещё какая-то [ерунда] происходит, мы понимаем, где мы работаем, скромненько не отсвечиваем, но при этом держимся друг за друга и строим свою жизнь».
Автор видео видит в нём чуть ли не будущего лидера отрасли, правда с большим знаком «минус».
«В Беларуси ИТ умрёт окончательно знаете когда? — нериторически спрашивает он. — Когда „казик“ станет топ-1 ИТ-галера в Беларуси. Вы думаете, этого не произойдёт?».
Заинтересовавшись трендом, решили посмотреть на рынок беларусского онлайн-гэмблинга чуть шире и свериться с экспертами.
Виртуальные онлайн-казино легализованы в Беларуси с апреля 2019 года указом № 305 «О совершенствовании правового регулирования игорного бизнеса». Первую лицензию получила букмекерская компания «Париматч» в апреле 2020 года. Как рассказывает в видео Андрей Дуниковски, головной офис компании тогда был в Киеве, после 24.02 компании закономерно «развелись», и минская «Париматч» превратилась в «Бетеру».
Сегодня действующую лицензию на содержание виртуального игорного заведения в Беларуси имеют 9 компаний:
За названиями юрлиц — известные бренды онлайн-казино и букмекерских контор: «Фонбет», «Макслайн», «Винлайн, «Бетера» и т. д.
По словам специалиста отрасли, точкой отсчёта стала выдача лицензий на онлайн-казино. Это качественно изменило бизнес букмекерских контор: база игроков, которой был доступен только спорт (ставки на исход спортивных мероприятий — devby), теперь могла играть и в казино.
«Возьмем ставку в 10 рублей, — объясняет разницу между букмекерской ставкой и онлайн-казино наш спикер. — В спорте ты «отставился» и сидишь смотришь матч 90 минут.
А в казино по ставке 25 копеек можно сделать 40 прокрутов и проиграть 10 рублей за 5 минут. Оборот значительно больше, чем в спорте. К тому же в спорте нужно минимально понимать, это сложнее, чем просто крутить слоты».
Стартовав в ковид («как нельзя кстати» — отмечали в рекламе госмедиа), интенсивно расти онлайн-казино начали после 2021 года. Наши собеседники отмечают такие факторы роста:
Тренд роста, отмечает один из источников, общий для Беларуси, Украины, России и Казахстана. Другой источник говорит, что тренд характерен для всего мира, просто в постсоветском регионе он проявляется ярче.
«Популярность и рост онлайн‑казино сильнее в бедных/развивающихся странах, — отмечает он. — К слову, казино еще называют «налогом на бедность» — в бедных странах люди чаще играют на шанс вырваться из нищеты. Выводы в нашем контексте делайте сами.
Я бы сказал что рост де-факто совпал с «золотыми» годами беларусского ИТ. Просто на фоне множества «громких» компаний и водоворота событий в индустрии этого никто толком не замечал. Ну, есть и есть. Другое дело сейчас, когда многие компании релоцировались и рынок катастрофически скукожился — почти единственные, кто остались на виду, это гэмблинг во всём его многообразии.
В мире рост онлайн-казино органический — по разным причинам. От повальной цифровизации и увеличения количества телефонов (основной инструмент игры) до совершенствования методов привлечения новой публики и открытия новых сфер, куда заходит гэмблинг».
При этом один из спикеров отмечает, что не стоит переоценивать «уровень продуманности казино и топ-менеджеров».
«Тот рост, который случился в 2022-2024, никто не предсказывал и и к нему никто не готовился, — говорит он. — Скорее у компаний просто оказалось всё, чтобы подхватить этот рост, но он не был великим планом — скорее удачей».
Наш эксперт замечает, что рекламироваться через Google игорные бренды умудрялись и до снятия запрета с помощью обходных схем. Теперь ухищрения будут не нужны.
«Разрешение рекламы в Гугле — не изменит кардинально игру или конкурентное поле. Но теперь бренды начнут открыто заходить и в ютуб, и в поиск и т. д. Раньше все эти инвестиции шли в Яндекс: пусть и с нюансами (для рекламы казино есть ограничения), но в целом все бренды были там представлены. Сейчас все они будут в Гугле. Причём у Гугла более продвинутая сетка, с большим инструментарием, и туда перетечёт большой рекламный бюджет из Яндекса».
Впрочем, недооценивать влияние этого послабления тоже не стоит. В том, что реклама азартных игр необычайно эффективна, не сомневается ни один из наших собеседников.
«Идёт апелляция к самым базовым „хукам“ рекламы: быстрая прибыль, минимум действий, „калейдоскопная“ яркая картинка, символизирующая кусочек той жизни, к которой большинство хочет прикоснуться, доступность игры — буквально „твоя удача у тебя в кармане“, — объясняет сотрудник igaming-компании. — А если это повторять везде в виде баннеров и партнёрок, тот или иной бренд становится привычной частью ежедневной жизни и перестает считаться чем-то ненормальным. А следовательно, легализуется в вас в голове по принципу „ну вот если они спонсоры такого-то клуба, есть реклама по телевизору, баннеры в центре Минска“ — не может же там быть нечисто. Растёт доверие, критическое мышление нивелируется».
По словам экс-сотрудника одного из онлайн-казино, около 5% населения Беларуси. Мы сначала не поверили. Потом увидели эту же цифру в интервью представителя Parimatch Belarus (ныне «Бетера»).
«У нас есть исследование аудиторий разных регионов, и можно сказать, что белорусы не столь азартны. Играет примерно 4-5% от всего населения. В некоторых регионах эта цифра выше в 2 раза. Почему так? [Из контекста следует: почему так мало? — devby] Мы пытаемся ответить на этот вопрос. Отчасти из-за специфики регуляции, например, возрастного ценза 21+. Тем не менее, сейчас у нас создана хорошая база для того, чтобы выйти на уровень продукта, как у зарубежных игроков рынка. Благодаря легализации онлайн-казино, будет постепенно расти и аудитория», — рассказывала замдиректора Юлия Лешкова в интервью Myfin ещё в 2021 году.
Тогда же она говорила, что с 2020 по 2021 год количество уникальных игроков Parimatch Belarus увеличилось в 6 раз, а оборот — почти в 13. Также, что основная целевая аудитория — мужчины в возрасте 24-35 лет, а средняя ставка в гемблинге в Беларуси — 5 евро, в месяц суммарно — 100-200 евро.
Но есть и более суровые цифры. «3,5 миллиона белорусов играют в азартные игры», — писала «СБ» в 2016 году со ссылкой на заведующего отделом психических и поведенческих расстройств раздела «Наука» РНПЦ психического здоровья к. м. н. Михаила Важенина.
«Причём из них 240 тысяч наведываются туда (в игорные заведения — devby) более 10 раз в месяц. А это значит, они уже зависимы от азартных игр», — эта цитата из 2016 года, когда онлайн-казино в Беларуси ещё не были легализованы и госмедиа позволяли себе бить тревогу заголовками вроде «Игры воспалённого разума». Спустя несколько лет интонация изменилась, онлайн-казино оправдали тем, что их «ввели в правовое поле», принципиальным вопросом стала конкуренция с иностранными онлайн-казино и невывод денег игроманов из страны.
«Надо запретить вообще-то для начала банкам осуществлять такие переводы за пределы страны. Деньги, заработанные здесь, должны инвестироваться в страну. Это касается всех направлений работы», — поручил Лукашенко на совещании с Совмином в мае 2025 года.
Экспресс-опрос devby показал нечто среднее между минимальной оценкой в 5% и максимальной в 35% от населения. Каждый седьмой читатель заявил, что играл в онлайн-казино.
Судя по тому интервью 2021 года, да. Из него же следует, что борьба была непростой — из-за репутации отрасли.
«Мы взяли очень многое из ИT-бизнеса: выстраивание системы бизнес-процессов, усиление продуктового направления и аналитики, создание максимально комфортной рабочей среды, системы мотивации и обучения сотрудников, — рассказывала представитель Parimatch Belarus.
— До недавнего времени Parimatch как работодатель испытывал некоторые сложности, связанные с привлечением Product/it-специалистов, именно из-за принадлежности к беттинг-индустрии. Сейчас, значительно усилив HR-бренд, мы стали явно привлекательным работодателем. Сегодня кандидаты воспринимают нашу компанию как продуктовую: мы предлагаем работать над задачами уровня лидеров индустрии в ИT».
Впрочем, руководители ИТ-компаний и рекрутеры не видят большой конкуренции за кадры с igaming (такое мнение высказали три источника). Возможно, потому, что большой конкуренции за кадры последние годы вообще нет.
«Мы никогда особо не пересекались в борьбе за ресурсы, не видим и тенденции перемещения наших специалистов в эту сферу», — говорит СЕО сервисной компании.
«Я не вижу гонки за кандидатами на рынке. Это раньше компании дрались за сотрудников. А сейчас всё иначе, и люди идут работать не в проекты мечты. Давно, с 2022 года», — отмечает руководитель рекрутинговой компании.
Сотрудник иностранного онлайн-казино подтверждает, что ИТ-вакансий в гэмблинге не то чтобы много. «При этом многие видят гэмблинг как относительно спокойную гавань, поэтому желающих конвертироваться из условных ААА-игр в слоты хватает. Среди прочих равных приоритет будет отдан кандидату с опытом работы в гэмблинге или хотя бы банкинге/финтехе».
Судить о количестве беларусских айтишников в гэмблинге можно по цифрам ежегодного большого ресёрча. Согласно ему, в 2023 году в гэмблинге работало 4,5% айтишников. В 2024 году — уже 6%. Хотя кто знает, может, часть сотрудников онлайн-казино относит свою работу к финтех-домену?
Возможно, кто-то удивится, но ни один из наших источников не подтвердил, что опыт работы кандидата в igaming — это red flag для нанимателя. Хотя такой тезис постоянно всплывает в интернет-дискуссиях.
«Не помню, чтоб это когда-либо было „красным флагом“, — опровергает нашу версию рекрутер. — Да и сама отрасль развивается. В Барселоне скоро большая конференция по igaming. И никто не мучается моральными вопросами».
Платят, кажется, не очень. Экс-сотрудник одного из местных онлайн-казино назвал свою компанию «жадноватой».
«Денег выше рынка не платят: скорее люди идут работать потому что нужен белый доход или нечего есть», — говорит он.
Автор 7-часового видео рассказывает про то, как непросто было выбить привязку зарплат к валюте.
Другой спикер, работающий на иностранное казино, подтверждает: «Шальных денег у разработчиков нет, всё — в канве конкретного рынка». На лучшие условия, по его словам, могут претендовать только «звёзды индустрии».
Правда не все понимают, чем именно заняты айтишники в тех игорных заведениях, у которых нет своей платформы. «Какие задачи они решают, если платформа — не на их стороне?» — удивляется специалист с опытом работы в онлайн-казино.
Сотрудник иностранного казино объясняет, что специфика работы айтишников зависит от конкретной компании и её размера. «Одни просто клепают слоты, другие пишут софт для работы оборудования в своих же live-студиях, третьи к этому могут иметь свой отдел R&D, где буквально производят шаффл-машины или колеса для игр. Одно могу сказать, что в сильной компании работы хватает всем с лихвой. Знаю соседний отдел, где бэклог расписан на 5+ лет».
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.
Слышал где-то, что реклама казиков на каждом углу не столько для рекрутинга новых, сколько для того чтоб постоянно дразнить старых игроков, не дать забыть и сделать так, чтоб сорвались
Ну такое себе... Примерно как работать в компании на холодных звонках по установке домофонов.
Деградация!
Мне кажется казино выигрывает всегда - при любом офиц упоминании его в сми