Блоги

Разработчики, согласитесь: помимо языков программирования, библиотек и нейросетей есть один инструмент, который мы используем не по собственному желанию, а по требованию бизнеса. Менеджерам он нужен для отчетов, а мы, девелоперы, часто используем его для передачи данных между проектами. И согласно недавнему исследованию Course Report, этот навык — самый популярный.

Имя ему — Microsoft Excel

Сёння хачу падзяліцца разважаннямі пра тое, чым небяспечная праца менеджара. Я сама — менеджэрка, працую, сябрую і нават жыву з менеджэрам. І бачу розныя моманты, якія негатыўна суправаджаюць гэтую пасаду.

Але асабліва хачу пагаварыць пра параною. Вядома, я не маю на ўвазе клінічны разлад, а хутчэй — развіццё паранаідальных рысаў характару. Іншымі словамі, пра ўзмацненне паранойі як спосабу ўспрымання жыцця.

Вы замечали, что мы постоянно сравниваем себя с другими? На мой взгляд, дело это безопасное. Но до определенного предела. Потому что если увлечься сравнениями всерьёз, то можно заработать себе нервный срыв.

И знаете, кого я вижу в особенной группе риска?

Да нас. Иммигрантов, понаехов, экспатов — назовите как вам больше нравится. Мы больше других рискуем слететь с катушек из-за дурацких сравнений.

Однажды ночью мы смотрели поток данных с телефона человека, у которого явно было что-то серьёзное. Волна за волной механика сердца кричала: «Вызывай скорую сейчас!». Но у нас нет медицинского сертификата и лицензии, мы не имеем права сообщать пациенту медицинский диагноз или давать совет.

Тогда мы поняли, что наша цель — спасать жизни, но у нас нет для этого инструментов. И решили сделать OpenSCG — опенсорсный инструмент, который записывает движения сердца.

О каком решении в своей карьере вы жалеете? Например, я отказалась от полной стипендии на двухлетнюю магистратуру в Берлине. Мне было 20 и я была влюблена в своего однокурсника, который провалил столько предметов, что не мог закончить учёбу вместе со мной.

И потому что я выросла в среде, где было нормально, что женщина ставит мужчину на первое место. Ни один человек — ни семья, ни друзья — не спросил: «А ты уверена, что это правильно для тебя?». Поэтому я осталась. И немецкая виза так и не появилась в моём паспорте.

Обычно мы составляем рейтинги лучших языков программирования: самые популярные, самые производительные, самые востребованные. Но сегодня предлагаю взглянуть на ситуацию с другой стороны. 

Я составил список из пяти языков, которые, по моему мнению, являются худшими в 2025 году.

Вопреки популярному заблуждению, виза digital nomad выдаётся не только разработчикам. Например, Ярослав работает менеджером в строительной компании, а Марина занималась образованием и оргразвитием в ИТ-компании.

Они переехали в Валенсию, купили квартиру, волонтёрят и заводят новых друзей. Расскажут комьюнити, как устроиться в Испании и не разочароваться.

Курс доллара продолжает падать. Стоит ли беларусам задуматься про другие валюты? Что может стать альтернативой гегемонии доллара? 

Разбираемся в валютной авантюре Дональда Трампа. 

Программирование всегда менялось на протяжении своей истории. И чаще всего — в лучшую сторону. Однако в последнее время мы наблюдаем изменения, которые объективно ухудшают условия разработки. Расскажу, почему работа в ИТ становится токсичнее и тяжелее. 

Я провёл 8 собеседований за 2 дня. Мне даже пришлось взять выходной от основных задач на работе, чтобы успеть со всеми поговорить. У всех программистов был очень достойный технический уровень — фронтендеры с необходимым стеком, знали React и TypeScript и могли объяснить всё то, что я у них спрашивал.

Но многие из них «сыпались» на софт-скилловой части. И благодаря этому я понял одну важную вещь.

Сейчас много статей появляется про vibe coding, программирование без программирования — ты командуешь ИИ, он за тебя пишет программу. Я этим занимаюсь с августа 2024 года. Начал вынужденно, потому что по работе надо было писать какие-то утилитки. Рук не хватало, а языки, в которых я был профессионалом, вышли из удобного употребления — новые дедушке учить, понятно, лень — джуники нехай их учат. 

Расскажу, почему считаю, что ИИ действительно может забрать работу у разработчиков. 

10 тысяч долларов за поездку в Кремниевую долину — стоит ли оно того? Я поехал на 14 дней в стартап-тур, и это стало судьбоносным событием в моей жизни.

Расскажу о встречах, инсайтах, ледяном океане, «Что? Где? Когда?» с Александром Друзём и, главное, о том, что я понял про стартап-мекку планеты.

Немецкий автопром — не только бренд, но и важнейший столп экономики Германии. Она обеспечивает 19% от всей промышленности и ещё 1,5 млн рабочих мест (и ещё множество — косвенно).

Из-за ограничений со стороны ЕС и конкуренции с китайскими электрокарами этот гигант испытывает серьёзные трудности.

Разбираюсь, насколько плоха ситуация в немецкой экономике и что можно сделать, чтобы она улучшилась. 

Чтобы запустить DeepSeek R1 AI на своих серверах, не нужно быть DevOps. Я подготовил пошаговую инструкцию, которая показывает, как развернуть свою личную копию одного из топовых ИИ. Причем сделать это можно даже бесплатно.

Важно: благодаря этой инструкции все данные остаются под контролем не китайской компании, а пользователя и Microsoft. 

Я недавно подсчитал, что, живя в Амстердаме, мне необходимо тратить как минимум 2388,7 евро в месяц. Речь идёт только об обязательных расходах: жильё, кредиты, подписки на сервисы.

Расскажу, из чего состоит эта сумма. 

Хотя я училась на химфаке БГУ, меня всегда интересовали визуальные искусства. Я много работала фотографом и видеомейкером с брендами косметики, делала предметные съёмки и рекламные видео.

В 2022 году мы с мужем переехали в Литву. Я оказалась без работы, клиентов и знания литовского языка. Нужно было менять сферу — решила научиться 3D-анимации. Полгода учёбы по роликам на YouTube — и я начала брать фриланс-проекты. А спустя год, благодаря упорству и настойчивости, попала в Revolut.

2025 год обещает быть более благоприятным для соискателей (держим кулачки). Поэтому время вернуться к основам поиска работы. Замечали, что названия должностей — это очень творческая задача, ограниченная лишь фантазией? Расскажу, как в них не запутаться. 

Всего каких-то десять-двенадцать лет назад я, окончив вуз, корпел над моими резюме.

— Сопроводительное письмо должно быть личным! — назидательно говорили учебники. — Дай работодателю понять, что ты потратил время на знакомство с ним!

И я гуглил вехи развития VW, выискивал в газетах всё о Дойче Пост и даже тилибонил в профессиональных соцсетях работников фирмы Kühne & Nagel, чтобы разузнать какие-нибудь актуальные новости.

— По твоей автобиографии должно быть ясно, что ты составлял её именно под работодателя! — вторили коучи. — Не моги разослать две одинаковых таблички в две разные фирмы.

И я как идиот пытался переставлять местами буквы «Ж», «О», П» и «А», чтобы каждый раз заново составлять из них слова «Факультет управления»…

Сегодня я знаю следующее…

Огромное количество людей утверждает, что сейчас — худшее время для начала работы в ИТ. Только в США, Мекке разработчиков, количество активных вакансий для программистов сократилось на 56%, а количество позиций для начинающих упало на 67%.

Многие буткемпы закрываются, потому что они больше не могут гарантировать выпускникам трудоустройство. Если раньше говорили, что каждый человек должен будет уметь программировать, то сейчас риторика изменилась.

Всё это, казалось бы, свидетельствует о том, что сейчас действительно худшее время для работы в ИТ. Но я категорически с этим не согласен. Считаю, что сейчас — вполне обычное время для работы в индустрии. Самое худшее уже давно позади.