эмиграция

Виктория переехала во Львов девять лет назад — просто потому что понравился город. За несколько месяцев до большой войны устроилась фронтендером в местный офис. Сегодня она в том же городе и в той же компании: «Я выбрала жить и работать в Украине».

Вера, Дарья и Ника уехали в Данию — страну, которую принято считать примером гендерного равенства. Но и там их опыт далёк от идеала: женщинам могут не доверять сложные задачи, а проекты — поддерживать советами вместо денег. Оказалось, женская миграция устроена сложнее. Даже в скандинавском раю.

Микита Гончаров — в прошлом DevOps и PM в Беларуси, а сейчас разработчик собственной игры и студент на геймдев-специальности в одном из вузов Буэнос-Айреса.

На волне электоральной зависти к Венгрии — поговорили с беларусскими айтишниками там про жизнь и работу. 

Когда-то Грузия стала одной из самых доступных и удобных локаций для беларусских айтишников и не только. Безвизовый въезд, визаран раз в год вместо ВНЖ, ИП с налогом в 1%, доступные цены и мягкий климат привлекли сюда вынужденных релокантов из разных бедствующих краев. 

О своих карьерных зигзагах с открытым финалом рассказывает Кастусь, который до начала 2026 года работал в Польше QA-инженером на американскую Aras Corporation:

Как сотруднику EPAM живётся и работается в США через четыре года после релокации? 

«Объясняю, просвещаю».

В проекте «Тамтэйшыя» исследуем самоидентификацию беларусов в эмиграции. Превратились ли они в иностранцев и как поддерживают связь с родиной.

Андрей В. живёт на Бали 5+ лет. 

Артём Русов рассказал, как повлияла на его жизнь заморозка иммиграционных виз и зачем ему в США.

Разработчик Дмитрий до переезда в Европу успел оцифровать семейный альбом из четырех сотен снимков, самым старым из которых почти сто лет. Он согласился показать devby несколько семейных реликвий и рассказать, как они помогают ему в эмиграции.

Как выглядит жизнь и работа зимой, когда централизованное электро- и теплоснабжение разрушено ракетными ударами.

Чем занимается городская планировщица за полярным кругом и какие там настроения по поводу планов Трампа?

Выпускник МГЛУ Николай Титков уже 4 года занимается локализацией игр Paradox Interactive. Поговорили с Николаем о его пути на позицию Localization Producer в одной из известнейших шведских геймдев-компаний, а также о работе и жизни в Швеции.

Рассказывает Senior QA Engineer из Окленда, который 20 лет назад окончил физфак БГУ.

Антимигрантские настроения и ксенофобия — новая формирующаяся реальность в Европе и мире. 

О своей жизни и работе в Люксембурге рассказывает Senior Software Engineer из Беларуси.

В проекте «Тамтэйшыя» исследуем самоидентификацию беларусов в эмиграции. Превратились ли они в иностранцев и как поддерживают связь с родиной.

25-летняя учительница польского языка, недавно ставшая системным инженером в EPAM, Дарья выпустила книгу о «коллективном» опыте миграции. Она так и называется — «Я/Мы Эмиграция», и в ней рассказывается обо всём, что хорошо известно каждому релоканту.

ОАЭ — страна для жизни? Поговорили с двумя айтишниками и одной неайтишницей.

Рассказывает канал о финансах в Польше Złoty Dzik. 

Настя уехала, когда ей было 12. Она живёт в Польше с мамой и младшей сестрой и учится на графического дизайнера.

Переезд в другую страну разрезал многие семьи по живому. Обсудили это с психологом Натальей Скибской.

Как живут жёны айтишников, мы в основном знаем из соцсетей: они много путешествуют, посещают мастер-классы и спа-салоны, возят детей на творческие кружки, пробуют себя в разных профессиях и могут позволить себе вообще не работать. (Если что, мягкая ирония.) А как живётся мужьям айтишниц? Имеют ли они такую же свободу для саморазвития и самореализации? И могут ли перестать беспокоиться о деньгах? Особенно после релокации в другую страну.

Можно ли помогать родителям удалённо? Берите идеи на заметку и делитесь в комментариях своими.

В проекте «Тамтэйшыя» исследуем самоощущение беларусов в эмиграции. 

Дмитрий Завадский — беларус, который уже больше трёх лет живет в Германии и все это время создает настоящий беларусский маркетплейс. Началось с желания покупать книги на родном языке в эмиграции, но быстро переросло в большой и амбициозный проект — KAMAROŬKA, где люди со всего мира могут покупать беларусские товары. 

В Сингапуре уже бьют палками за грабежи, фейерверки, харрасмент и незаконный въезд, а теперь будут пороть и за скам. Спросили у беларуса, который жил в этой стране несколько лет, стоит ли опасаться порки туристам и релокантам.