польша

Фаундер переехал из Минска в Вильнюс, потом из Вильнюса в Лиссабон и в конце — в Варшаву. 

Денис купил жильё во Вроцлаве для себя, а в Лодзи — как инвестицию. У Алёны другой сценарий: она сдаёт небольшую квартиру в Гданьске, чтобы жить с семьёй в более просторной без ипотеки. Мы спросили, как они считают деньги и оценивают перспективы польского рынка жилья. 

Евгений — фуллстек-инженер, в 2019-м его переманили из Wargaming в польскую студию People Can Fly. Там нужно было срочно спасать проблемную команду. Получилось, но был нюанс. 

В 2016-м переезд в Польшу казался авантюрой. Дмитрий сделал это одним из первых — и за десять лет увидел, как изменился ИТ-рынок, правила переезда, Польша и сам EPAM. Но кое-что осталось прежним: за всё это время Дмитрий ни разу не сменил компанию.

Предприниматель из ИT-сферы Евгений поделился с каналом Złoty Dzik  своей историей. Он хотел открыть счет для действующей польской компании (spółka) в варшавском отделении BPS (Bank Polskiej Spółdzielczości S.A.). Закончилась всё принудительным выводом из помещения при участии охраны.

Забукать слот для подачи документов на польскую визу через сайт VFS Global почти невозможно. Этой проблеме много лет, о ней известно всем. На этом расцвёл мутный бизнес помогаторов — «долго, дорого, без гарантий». Все антибот-апдейты, кажется, пошли им только на пользу. 

Две истории про то, как как европейская бюрократия портит жизнь беларусов в Польше.

Сергей* — тестировщик. Работал на Visa через аутстаф-компанию. Когда контракт на проекте не продлили — прошёл за три месяца 84 собеседования, в том числе в Meta, Netflix, Google, польские банки вроде Santander. Почитайте его историю для вдохновения.

Читатель канала DzikPic рассказывает про факап. 

Наша весенняя дачно-огородная «рубрика».

В Польше ввели ручное регулирование цен на топливо: министр энергетики ежедневно публикует максимальные цены, обязательные для всех автозаправок страны. Мера была принята как временная в рамках пакета решений, направленного на сдерживание резкого роста цен из-за конфликта на Ближнем Востоке.

В польском ИТ почти все работают по B2B. Это знают все, включая государство. На этом фоне всё больше людей смотрит на бизнес-инкубатор как на альтернативу. И почти у всех одинаковые вопросы: это вообще легально? Их не закроют? Почему некоторые компании отказываются через них работать? Мы задали их Максиму Артёменко — CEO Umowa, который живёт в Польше 15+ лет и в этой теме разбирается лучше большинства.

Канал Dzik рассказал, как уроженка Украины сменила Варшаву на Згожелец (город в Нижнесилезском воеводстве на 30 тыс. человек). А Złoty Dzik разобрал финансовую составляющую этого переезда.