релокация

Родительство это сложно, в одиночку — 2Х. А ещё и в эмиграции — с этим уже вообще справится не каждая и не каждый. Поговорили с тремя мамами и одним папой про трудности, деньги, мотивацию и любовь.

В Бангкоке можно за один день простоять два часа в пробке, попасть в офис компании с миллионной выручкой, отпитчить идею за три минуты, поужинать с партнёрами на руфтопе — и всё это будет частью рабочего дня. Со стороны Таиланд кажется расслабленным: улыбки, туризм, острова, солнце. Но в бизнесе это очень конкурентная среда. Здесь быстро принимают решения, не любят переносить встречи, смотрят на данные, а если ты не ответил в течение суток — контакт может уйти к кому-то другому.

Сергей* — тестировщик. Работал на Visa через аутстаф-компанию. Когда контракт на проекте не продлили — прошёл за три месяца 84 собеседования, в том числе в Meta, Netflix, Google, польские банки вроде Santander. Почитайте его историю для вдохновения.

Как сотруднику EPAM живётся и работается в США через четыре года после релокации? 

Несмотря на солидный опыт и уверенный английский, сейчас в Беларуси трудно найти действительно хорошую работу. А если даже удаётся, то из-за особенностей законодательства легализовать заработок порой ещё труднее. Расскажу, сколько сейчас может зарабатывать продакт в Беларуси и какие компании лучше всего платят.

Выпускник МГЛУ Николай Титков уже 4 года занимается локализацией игр Paradox Interactive. Поговорили с Николаем о его пути на позицию Localization Producer в одной из известнейших шведских геймдев-компаний, а также о работе и жизни в Швеции.

Не все смогли интегрироваться — разберём их опыт.

ОАЭ — страна для жизни? Поговорили с двумя айтишниками и одной неайтишницей.

Говорят, сейчас самое время.

Вот что рассказывают сотрудники компании.

За десятилетие Балканы превратились из технологической периферии Европы в один из самых динамичных ИТ-кластеров. Если в начале 2010-х регион ассоциировался с недорогим аутсорсингом, то сегодня его называют «новой Восточной Европой» — по темпам экспорта, росту стартапов и появлению собственных технобрендов.

Ещё недавно США в глазах многих айтишников выглядели «землёй обетованной». 

«Розовые очки», путь в прошлое и нехватка серости за окном: о переезде из Минска в Лос-Анджелес, жизни и работе в Калифорнии рассказывает Юлия Галузо, Senior Software Engineer в The Walt Disney Company.

С жительницей Софии Оксаной мы составили «гайд семейного релоканта»  — как проводить время в столице Болгарии и её окрестностях, чтобы не заскучать. Истории переезда в Софию можно почитать здесь. 

Число беларусских айтишников в Литве продолжает сокращаться — как и вообще беларусов. Вот рассказ одного из инженеров, который сменил Вильнюс на Варшаву. 

Семья Ирины переехала в Болгарию 4 года назад. Девушка говорит, что с первого же дня «на уровне тела почувствовала себя в безопасности». Продолжаем цикл рассказов айтишников об этой стране (первый материал — здесь).

Вот каково это.

Работодатели и заказчики нередко нарушают свои обязательства. Разумеется, не только в Беларуси. Можно ли как-то минимизировать риски при работе в других юрисдикциях? Поговорили об этом с эйчаром и юристом с солидным опытом работы в крупных международных ИТ-компаниях.

Решил поделиться алгоритмом. 

Собрали три рассказа беларусов-релоканов, сменивших (или планирующих сменить) Польшу на другие страны.